Ирхин Ю.B. Анализ стадий генезиса России как уникальной евразийской цивилизации и российского государства в парадигме политики памяти

Irkhin Yu.V. The Study of the Genesis of Russia as Unique Eurasian Civilization and Russian State in Paradigm of Memory Politics

Сведения об авторе. Ирхин Юрий Васильевич, д.ф.н., профессор, профессор РАНХиГС при Президенте РФ и профессор РГГУ, г. Москва. Круг научных интересов: теория, методология и история политической науки.

Аннотация. В статье проанализированы основные стадии генезиса России как уникальной евразийской цивилизации и связанные с 9ними модели государственной власти. Автор обосновывает гипотезу о ряде прерывистых основных этапов единого генезиса российской цивилизации. В работе отмечается, что подход В.Л. Суркова, с выделением четырех моделей российского государства, является полезным для его моделирования: 1. Царство Московское и всей Руси; 2. Российская империя; 3. СССР; 4. Российская Федерация, XXI век. Однако такой подход полезно дополнить стадией древнерусской государственности. В данной статье рассматриваются также проблемы прогнозирования и трансформации современной модели российского государства, в связи с вступлением России в новую цивилизационную стадию. Предложенные подходы с точки зрения политики исторической памяти содействуют формированию позитивного имиджа российской цивилизации и государственности.

 

Анализ стадий генезиса России как уникальной евразийской цивилизации и российского государства в парадигме политики памяти

В современном мире социокультурные и цивилизационные факторы играют возрастающую роль. Проблемы «столкновения цивилизаций», «линий разлома» между ними, как, собственно, и «притяжения» — одна из актуальных, междисциплинарных тем. Многие исследователи полагают, что в международной и российской повестке дня цивилизационные проблемы и их осмысление все отчетливее выходят на ведущее место.
Цивилизация — культурная общность людей, обладающих некоторым социальным (этническим) генотипом, социальным стереотипом, при этом прошедшая ряд этапов в своем развитии и освоившая определенное (большое) пространство. Под цивилизацией понимается устойчивое единство всех оснований объединения людей, их общностей и культур, опирающееся на преобладающую совокупность технологий, информационных и ценностных отношений.
Категория «цивилизация» отражает уникальность той или иной национально-культурной, исторической традиции, ее специфическое содержание, способы передачи и воздействия на облик общества и человека. Ей присущ определенный культурный релятивизм, отказ от расстановки обществ по ступеням прогресса, перенос внимания на структуры культурной традиции.
Понятие «цивилизация» в первую очередь определяет уровень и результат поступательного развития общества, в то время как «культура» выражает или отражает механизмы и процессы освоения этого уровня и достигнутого результата.
Своеобразие российского политического развития и исторического генезиса России во многом определяются тем, что она является евразийской цивилизацией. Многие известные российские ученые (Н.Я. Данилевский, Н.А. Бердяев и др.) и зарубежные (А. Тойнби, С. Хантингтон) полагали правомерной постановку вопроса о российском сообществе как о самостоятельном цивилизационном феномене.
Российская цивилизация отличается от других цивилизационных образований по своим древне-историческим, лингвистическим и религиозным корням, основным ценностям, характеру, доминантам и своеобразию развития. «Евразийцы» (Н. Трубецкой, П. Савицкий и др.) и их последователи рассматривали Россию, как Евразию, особое географическое и культурное пространство, «срединный материк» между Азией и Европой и др.
С одной стороны, особенность российской цивилизации состоит в том, что она колоссальна по территории: на две трети (по количеству населения) находится в Европе, а пространственно — значительной частью в Азии (с 1772 по 1887 гг. включала Аляску в Америке с территорией площадью 1 млн. 519 тыс. км² — была продана США за 7,2 млн. долл. золотом, то есть по 4,74 долл. за кв. км.). С 8 апреля 1783 г., в соответствии с Указом императрицы Екатерины II, Крым вошел в состав России.
С другой стороны, российская цивилизационная система ценностей, разумеется, имеет свои имманентные сущностные черты, их своеобразное взаимодействие. Основные ценности и ориентации: русский (древнерусский) язык; державность; системообразующая роль государства; ориентация на верховную власть и активизация (организация) народа (гражданского общества) в критические моменты истории; многонациональное, равноправное взаимодействие и уважение наций и народов в ее составе; традиционно позитивное взаимоотношение религий (православие, ислам и др.); соборность; особое значение ценности патриотизма; сложные разрывы и взаимодействия между элитами и массами; имманентная тяга к коллективистским действиям и решениям, доминанта «справедливости» в массовом сознании др.
Понятие «российская цивилизация» все шире используется в заявлениях государственных и общественных деятелей Российской Федерации, документах. Так, например, в платформе партии «Единая Россия» отмечается, что одной из ее важнейших задач на ближайшие годы является «дальнейшее развитие России как уникальной цивилизации, защита общего культурного пространства, русского языка, наших исторических традиций».
Выделяя основные стадии в историческом генезисе России и отмечая их прерывность и своеобразие, тем не менее, целесообразно рассматривать их в рамках единого исторического (цивилизационного) процесса. Действительно, для исторической судьбы России были характерны разрывность, резкое отличие стадий ее генезиса. Н.А. Бердяев писал, что «русский народ развивался… катастрофическим темпом, через прерывность и изменение типа цивилизации» [1, с. 7].
Так, в работе Ю.К.Бегунова, А.В Лукашева и .А.В. Пониделко обращается внимание на то, что исторический процесс на Руси, в России шел довольно длительным и сложным образом [2, с. 146]. Они полагают, что Россия знала и пережила семь крупных цивилизационных периодов: «первый» (I–X вв.), «второй» (988–1240 гг.), «третий» (сер. XIII в. — 1347 г.), «четвертый» (1547–1700 гг.), «пятый» (1700–1917 гг.), «шестой» (1917–1985 гг.), «седьмой» (c рубежа 90-х гг. XX в. до современности).
Эти авторы значительно углубляют во времени первый период. Следует заметить, что официально признанным временем организации начал российской государственности, как известно, является более поздний этап — вторая половина IX в. (862 год).
Целесообразно учитывать характерные черты, коды и особенности генезиса российской цивилизации, влияющие и на государственную организацию общества. Среди них: 1. Стадиальная прерывность и ценностно-языковая целостность в историческом развитии. 2. Особая роль государства в обеспечении безопасности и существовании населения; в обеспечении условий для назревшей модернизации общества. 3. Материальный успех имеет подчиненное по отношению к социальным нормативам и идеалам значение; диспаритеты материальной успешности противоречат социальной гармонии. 4. Идеал соборности. Общинно-эгалитарный критерий индивидуальной деятельности. 5. Государственный патернализм. Высокий уровень социальной мобильности определяется активностью государства. 6. Персонифицированность политических ориентиров. Царистский культ. Феномен народной монархии. Общественная активность инициируема сверху. 7. Основополагающее ценностное и коммуникационное значение праславянского, древнерусского и русского языка, а также соответствующих мифологических кодов и принципов.
В связи с указанным полистадиальным подходом к анализу генезиса российской цивилизации определенный интерес представляет статья В.Л. Суркова. Им выделены четыре основные модели российского государства, которые условно названы именами, скажем так, Лидеров: 1. Государство Ивана Третьего (Великое княжество/Царство Московское и всея Руси, XV–XVII вв.); 2. Государство Петра Великого (Российская империя, XVIII–XIX вв.); 3. Государство Ленина (Советский Союз, XX в.); 4. Государство Путина (Российская Федерация, XXI в.) [см.: 3; 4].
В принципе, такая постановка вопроса вполне коррелируется с определенными стадиями российской цивилизации и соответствующим им типами политической организации.
Другой вопрос, что лидеров можно было бы назвать и побольше, обозначив подвижки внутри обозначенных четырех моделей. Например, — период в третьей модели, — государство Александра I («Он взял Париж, он основал Лицей» (А.С. Пушкин)). Александр I создал систему министерств, а в состав России при нем входили, в частности, Аляска, Финляндия (с 1809 по 1917 г.), Польша и давно уже Крым. Или, скажем, Хрущевский период «оттепели», период Горбачевской «перестройки, ускорения, гласности» и игнорирования национальных интересов России и т.д.
Предложенная В.Л. Сурковым четырехфазовая модель российского государства достаточно рациональна. Но ее можно было бы дополнить и более ранним типом российской государственности — Древней Русью (страной многих городов, разбросанных на огромных территориях, со слабыми связями).
Тезис В.Л. Суркова о «глубинном народе» России также естественен, историчен. Глубинный народ спас Россию от поляков, он победил в 1812 году. С ним неразрывно связаны все революции в России в XX в., и от него зависит генезис России XXI в.
Сегодня следует обратить внимание и на значение технологических вызовов российской цивилизации на основных этапах ее генезиса и, разумеется, в современных условиях. Это важно еще и в связи с тем, что исторически, для определенных этапов генезиса России, был характерен мобилизационный тип развития. Сегодня для нее необходимы «прорывные» технологии, институты, решения [см.: 5].
В современных условиях перед российской цивилизацией снова стоят модернизационные вызовы, связанные со вступлением человечества в информационно-цифровую эпоху и острейшей конкуренцией, серьезными конфликтами между государствами и цивилизациями в изменяющемся мировом порядке.
Для дальнейшего генезиса российской цивилизации жизненно необходимо обеспечение высоких темпов формирования передового научно-технологического базиса производства, нового поколения эффективных управленцев [6, с. 640]. В целом можно говорить о начале вступления России в новую цивилизационную стадию развитию.
В этой связи на повестке дня стоит задача формирования эффективного проектного, платформенно-цифрового, социально ориентированного управления Россией при координации всех ее основных общественных институтов и сил: государство — бизнес — научные сообщества — гражданское общество, причем как по линии прямого, так и постоянного обратного взаимодействия. Соответственно, российское государство может медленно трансформироваться [см.: 7].
Речь идет о формировании модели высокотехнологичного, прозрачного, ответственного перед гражданами государства, под руководством компетентной, патриотической элиты как продолжения российского цивилизационного генезиса.

Литература

1. Бердяев Н.А. Истоки и смысл русского коммунизма. М., 1990.
2. Бегунов Ю.К., Лукашев А.В., Пониделко А.В. 13 теорий демократии. СПб. 2002.
3. Сурков В.Л. Долгое государство Путина. Идеи и люди // Независимая газета. 11.02. 2019. URL: http://www.ng.ru/ideas/2019-02-11/5_7503_surkov.html
4. Болтенкова Л.Ф. О Долгом государстве Путина (размышления по поводу статьи Владислава Суркова) // Вопросы политологии. 2019. Вып. 4. 2019. С. 614–625.
5. О национальных целях и стратегических задачах развития Российской Федерации на период до 2024 года. Указ Президента РФ от 7.05.2018. №204.
6. Ирхин Ю.В. Лидеры России: новые кадры для решения новых задач // Вопросы политологии. 2019. Вып. 4. Т. 9. С. 639–649.
7. Государство как платформа: люди и трансформации / Ред. М.С. Шклярук. М., 2019.

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.