Лысенко Ю.А., Гончарова Н.П., Тарасова Е.В. Гражданская война 1918–1921 гг. в исторической памяти населения постсоветской Центральной Азии

Lysenko Yu.A., Goncharova N.P., Tarasova E.V. Civil War of 1918–1921 in Historical Memory of the Post-Soviet Central Asia Population

Сведения об авторах. Лысенко Юлия Александровна, д.и.н., профессор, профессор кафедры востоковедения Алтайского государственного университета, г. Барнаул. Круг научных интересов: Российская империя, Степной край, Туркестан, религиозная политика, этноконфессиональные противоречия; Гончарова Наталья Петровна, к.с.н., доцент, зав. кафедрой государственного и муниципального управления Алтайского филиала Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации, г. Барнаул. Круг научных интересов: социальная безопасность, социальное неравенство, социально-демографические и миграционные процессы, гражданская и этническая идентичность; Тарасова Елена Владимировна, к.и.н., научный сотрудник Алтайского государственного университета, г. Барнаул. Круг научных интересов: Российская империя, Степной край, демография, миграция, рынок труда, региональная политика.

Аннотация. Статья посвящена восприятию населением стран Центральной Азии причин, событий и действующих сил Гражданской войны 1918–1921 гг. Представлены результаты социологического опроса молодежи центрально-азиатских государств. Социологический анализ представлений молодежи центрально-азиатских государств о сущности и событиях Гражданской войны показал, что мнения респондентов заметно дифференцированы в зависимости от страны гражданской принадлежности.

 

Гражданская война 1918–1921 гг. в исторической памяти населения постсоветской Центральной Азии *

От революций 1917 г. и Гражданской войны 1918–1921 гг. нас отделяет целое столетие, но эти события не перестают вызывать научные и политические дискуссии. Гражданская война, во многом обусловленная сложными, незавершенными и противоречивыми модернизационными процессами, остается одним из наиболее значимых событий истории народов бывшей Российской империи.
Трактовка произошедшего в ходе этой войны неоднократно пересматривалась в России и других постсоветских странах в зависимости от политической ситуации. В республиках бывшего Советского Союза стали возникать «новые национальные истории», изменились представления о героях и антигероях, укрепилась отличная от советской интерпретация исторических событий. Историческое сознание современной молодежи формировалось уже в условиях «независимости», на базе нового видения истории, отраженного в «патриотических» учебниках.
Процессы «переписывания» истории в новых независимых государствах неизбежно устанавливают новые границы в некогда общем культурно-историческом пространстве. Эта ситуация усугубляется ускорившимся естественным «выбытием» носителей советской идентичности, следствием чего является невозможность трансляции молодежи непосредственного исторического опыта предков.
Историческая память о Гражданской войне 1918–1921 гг. является одним из значимых идентификаторов постсоветского общества. Современные тенденции изучения этой войны связаны преимущественно с переосмыслением сущности и причин событий того периода, содержания и характера противостояния большевиков и белогвардейского движения, взаимоотношений большевистского центра с периферией и их методов борьбы за влияние в регионах.
Для анализа отражения событий Гражданской войны 1918–1921 гг. в исторической памяти населения центрально-азиатских республик был проведен социологический опрос. Выборочная совокупность опрошенных составила 400 респондентов из стран Центральной Азии в возрасте до 35 лет.
Рассмотрим основные результаты проведенного исследования. Респондентам было предложено несколько вариантов определения Гражданской войны. Классическое определение этого гражданского конфликта как «противостояние между красными и белыми» поддержала большая часть (48,5%) опрошенных. Второе по распространенности мнение (20,5%) связано с оценкой Гражданской войны как борьбы угнетенных народов за свои права.
Одной из гипотез исследования было определяющее влияние на мировоззрение молодежи особенностей освещения событий Гражданской войны 1918-1921 гг. в школьном курсе истории. Около половины (44,5%) опрошенных ответили, что Гражданская война освещалась не более, чем другие исторические события. Треть участников опроса (33,5%) считают, что этот период освещался недостаточно подробно.
Не менее важна для исследования оценка респондентами факторов, в наибольшей степени определивших их представления о событиях Гражданской войны 1918–1922 гг. На первом месте по значимости оказались материалы учебников в школе, колледже, вузе. На втором месте — мнение школьных учителей, преподавателей в колледже, вузе, на третьем — художественная литература, кино.
Наиболее распространенной среди молодежи центральноазиатских государств является точка зрения, что причиной Гражданской войны 1918–1921 гг. стало несогласие части общества с политикой большевиков. На втором месте по распространенности находится мнение, что к Гражданской войне привело стремление свергнутых классов сохранить собственность и привилегии. Следующая причина, по мнению респондентов, — угнетение народов национальных окраин.
Событие, ставшее отправной точкой начала Гражданской войны 1918-1921 гг., также является дискуссионной темой и по-разному освещается в школьных и вузовских курсах истории постсоветских стран. Две трети опрошенных (66,5%) считают началом Гражданской войны Октябрьскую революцию, что не вполне соответствует научным подходам к хронологическим рамкам этой войны. Восстание чехословацкого корпуса считают началом Гражданской войны 17% респондентов. Меньшее количество (12%) участников опроса полагают, что Гражданская война началась с разгона Учредительного собрания. Корниловский мятеж и подписание Брест-Литовского мирного договора в качестве начала войны назвали 6,3% и 3,3% опрошенных соответственно.
Группа открытых вопросов была направлена на выявление представлений об особенностях Гражданской войны 1918–1921 гг.
Респондентам был задан открытый вопрос: «Между какими общественно-политическими силами развернулось основное противостояние в годы Гражданской войны 1918–1921 гг. в России в целом?» Значительное число опрошенных (59%) затруднились ответить на этот вопрос. Четверть участников опроса поддержали наиболее распространенную точку зрения, что основное противостояние в России развернулось между красными и белыми. Нечеткость представлений отдельных респондентов по данному вопросу иллюстрируется тем, что они относят к противоборствующим сторонам силы, фактически воевавшие на одной стороне.
Серьезный интерес для исследования представляет образ басмачества в глазах молодежи, сформировавшийся как под воздействием народных преданий, так и научно-идеологических концепций. В ходе опроса было выявлено, что 26,3% респондентов считают басмачей партизанами. Еще четверть опрошенных (24,5%) считают их борцами за свободу. Не намного меньше доля респондентов, считающих басмачей вооруженными бандформированиями (22%). Как угнетателей народа определяют басмачей 13,5% опрошенных. Еще 9% респондентов относят басмачей к частям Белой армии, а еще 6,8% полагают, что басмачи были частями Красной армии.
Вопрос «Кто, по Вашему мнению, победил в Гражданской войне 1918–1921 гг.?» выявил различия, обусловленные как идеологическими воззрениями, так и степенью информированности молодежи. Несмотря на то, что 61,8% считают победителями в Гражданской войне «красных», у других точек зрения также нашлись сторонники. Мнение о том, что в гражданской войне не может быть победителей, разделяют 22,3% респондентов; 9,8% опрошенных убеждены, что в Гражданской войне 1918–1921 гг. победили белые; басмачей считают победителями в вышеназванном конфликте 4,5% участников опроса. Иностранных интервентов сочли победителями 2,3% опрошенных.
Вопрос о влиянии Гражданской войны 1918–1921 гг. на семью респондента, судьбы его предков вызвал большие затруднения. Не смогли на него ответить 63,5% (часть из них ссылались на отсутствие информации, позволяющей сделать выводы о характере и степени такого воздействия). Около четверти (24%) опрошенных уверенно ответили, что события Гражданской войны на их семью и биографию предков никак не повлияли. Те, кто назвал конкретные проявления влияния Гражданской войны на свою семью, преимущественно отмечали негативные ее последствия (как имеющие широкий массовый характер, так и индивидуальный).
Опрос выявил фактическое отсутствие внутрисемейных каналов передачи памяти о событиях Гражданской войны 1918–1921 гг.: в семьях 71,3% опрошенных эти вопросы не обсуждались. Лишь 28,8% участников опроса получили какие-либо сведения об этом периоде от старших родственников.
Участникам опроса было предложено дать оценку полноте освещения проблем истории Гражданской войны 1918–1921 гг. современными средствами массовой информации (телевидение, газеты, журналы, радио) в государстве их гражданской принадлежности (постоянного проживания). В том, что информации достаточно, убеждены 39% опрошенных, еще 34,8% испытывают потребность в дополнительной информации («Информация есть, но хотелось бы узнать больше»). Существенную нехватку информации о событиях гражданского противостояния 1918–1921 гг. признали 22,8% респондентов. Лишь 3,5% считают, что информации о Гражданской войне избыточно много, на их взгляд.
На вопрос о приоритетных источниках дополнительной информации о событиях Гражданской войны 1918–1921 гг. затруднились ответить 28,1% респондентов. Свыше 50% опрошенных обратятся за дополнительными сведениями к интернет-ресурсам (этот источник был назван как в качестве единственного, так и в сочетании с другими видами источников информации). Также в качестве источников информации о Гражданской войне были названы книги (научная, справочная, художественная литература, публицистика), архивные материалы, художественные и документальные фильмы, СМИ. Отдельные респонденты подчеркнули, что обратятся за помощью к специалистам — преподавателям, исследователям («к тем, кто в этом разбирается»).
Проведенное исследование позволило проанализировать уровень информированности молодежи из центрально-азиатских государств о событиях Гражданской войны 1918–1921 гг., выявить оценку отдельных общественно-политических сил, отражение итогов и последствий Гражданской войны в общественном сознании. Было установлено, что мнения респондентов заметно дифференцированы в зависимости от страны гражданской принадлежности/страны, в которой они получили среднее общее образование. При определении потенциальных источников дополнительной информации о событиях Гражданской войны значительная часть опрошенных отдает предпочтение интернет-ресурсам, что предопределяет дальнейший рост их значимости как образовательного ресурса, площадки для научного диалога и средства информационной войны.
Выявленные в ходе исследования особенности интерпретации молодежью данного исторического периода свидетельствуют о том, что социальные, идеологические, межэтнические конфликты столетней давности могут стать элементом нового витка гражданского и/или межгосударственного противостояния, особенно в условиях распространенности неполной, не вполне достоверной информации о событиях и личностях. Существенно усугубляет ситуацию рост различных форм функциональной неграмотности населения — распространяющейся на фоне развития интернет-технологий утрате способности самостоятельно осуществлять поиск научной информации, работать с различными видами источников данных, проверять их достоверность. Все это в комплексе делает современную молодежь потенциальной жертвой различных манипуляций историческим (и в целом — общественным) сознанием.

* Статья подготовлена при поддержке Российского научного фонда, проект № 19-18-00180 «Социально-экономическая модернизация центральноазиатских окраин Российской империи: междисциплинарные методы реконструкции и оценка эффективности».

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.