Тодыков Е.С. Новая восточная политика Вилли Брандта и проблема германского воссоединения

Todykov E.S. New Eastern Policy of Willy Brandt and the Problem of German Reunification

Сведения об авторе. Тодыков Егор Сергеевич, аспирант кафедры новой, новейшей истории и международных отношений Томского государственного университета, г. Томск.

Аннотация. В современных исследованиях проблема разъединения нации является достаточно актуальной. В результате холодной войны произошло разделение и разобщение нескольких народов. История послевоенной Германии также связана с разделением страны на два государства: ФРГ и ГДР. Цель данного исследования заключается в определении основных проблем реализации германской политики кабинета Брандта/Шееля. Автор рассматривает причины, по которым правительство ФРГ прекратило действие «доктрины Хальштейна» и интенсифицировало сотрудничество с Восточной Германией. В рамках данной работы были рассмотрены основные этапы заключения двух важнейших договоров: четырехстороннего соглашения по Западному Берлину и договора об основах отношений между ФРГ и ГДР. В исследовании анализируется значение торгово-экономических связей двух государств в рамках дипломатического сотрудничества между Восточной и Западной Германией. Автор выделяет проблему немецкой самоидентификации и влияние новой восточной политики на ее преодоление.
Ключевые слова: ФРГ, США, ГДР, ХДС, СДПГ, германское воссоединение, немецкая нация, восточная политика, Вилли Брандт.

Summary. In current studies, the problem of the separation of the nation is quite relevant. The Cold War resulted in the division and disunity of several peoples. The history of post-war Germany is also associated with the division of the country into two states: the Federal Republic of Germany and the German Democratic Republic. The purpose of this study is to identify the main problems of the implementation of the German policy of the Brandt / Scheel’s cabinet. The author examines the reasons why the FRG government terminated the “Hallstein doctrine” and intensified cooperation with East Germany. Within the framework of this work, the main stages of the conclusion of two most important treaties were considered: the Quadripartite Agreement on West Berlin and the Treaty on the Basics of Relations between the FRG and the GDR. The study analyzes the significance of trade and economic relations between the two states in the framework of diplomatic cooperation between East and West Germany. The author highlights the problem of German self-identification and the influence of the new Eastern policy on its overcoming.
Key words: FRG, USA, GDR, CDU, SPD, German reunification, German nation, Eastern policy, Willy Brandt.

 

Новая восточная политика Вилли Брандта и проблема германского воссоединения

После Второй мировой войны проблема воссоединения немецкого народа занимала важнейшее место в политике канцлеров ФРГ. Изначальный курс по непризнанию ГДР приводил к осложнению отношений между Западной Германией и другими странами. С 1955 г. в ФРГ основой внешнеполитических отношений стала «доктрина Хальштейна», которая потеряла свою актуальность только в 1970 г. Суть данной политики сводилась к тому, что Западная Германия устанавливала дипломатические связи только с теми странами, которые не имели дипломатических отношений с ГДР. Исключением являлись дипломатические контакты с Советским Союзом, так как политические и экономические отношения с СССР были важны для развития ФРГ. К тому же Москва могла сыграть важную роль в решении германского вопроса [1, с. 127].
В рамках проводимого внешнеполитического курса Бонн был вынужден разорвать отношения с Югославией в октябре 1957 г. и с Кубой в январе 1963 г. на основании того, что данные государства установили дипломатические отношения с ГДР. Однако уже к 1967 г. руководство Западной Германии было вынуждено отказаться от применения «доктрины Хальштейна» в отношении социалистических стран. Так, еще в 1963 г. были подписаны договоры об учреждении торговых представительств и торговле ФРГ с Польшей, Румынией и Венгрией. В том же году были установлены дипломатические отношения с Румынией, а в 1968 г. восстановлены контакты с Югославией. После арабо-израильской войны 1967 г. ГДР была признана многими странами, что исключало дальнейшее эффективное применение «доктрины Хальштейна». После прихода к власти социал-либеральной коалиции во главе с В. Брандтом в феврале 1970 г. министерство иностранных дел ФРГ официально заявило о прекращении действия «доктрины Хальштейна» [2, p. 667–668].
Причина такой кардинальной смены германской политики ФРГ заключается в том, что, по мнению В. Брандта и его партнера по коалиции, лидера СвДП В. Шееля, курс христианских демократов не соответствовал внешнеполитическим реалиям, так как односторонняя политика, ориентированная на Запад, сильно ограничивала возможности страны. Во-первых, политика ХДС не смогла реализовать важнейшую задачу по объединению Германии. Таким образом в СДПГ понимали, что необходимо изменить отношение к ГДР и признать фактическое существование страны. Во-вторых, быстро растущая немецкая экономика требовала усиления связей не только со странами Западной Европы, но и с государствами на востоке Европы, а «доктрина Хальштейна» препятствовала дипломатическим контактам ФРГ в то время, как западные союзники ФРГ — Франция, Италия, Великобритания — начали налаживать торгово-экономическое партнерство со странами социалистического блока. Фактически это привело к тому, что ФРГ оказалась во внешнеполитическом тупике, так как стране была необходима торговля со странами Восточной Европы и СССР.
Помощник президента США по национальной безопасности Г. Киссинджер считал, что «восточная политика» нового канцлера ФРГ была своего рода модернизированным вариантом старой политики «германского воссоединения» [3]. Впоследствии американский политик изменил свое отношение к действиям В. Брандта и признал его исторические заслуги. Правительство США в значительной степени содействовало политике Западной Германии, рассматривая ее как неотъемлемую часть разрядки международной напряженности [4].
Еще будучи министром иностранных дел при канцлере К. Кизингере, В. Брандт 7 мая 1969 г. заявил немецкой общественности, что предложение социалистических государств по проведению общеевропейской конференции по безопасности и сотрудничеству предусматривает, что участие Восточной Германии в данном мероприятии не будет означать международно-правового признания этой страны, а только подтверждение самого факта существования ГДР. В данном заявление прослеживается главная цель кабинета СДПГ-СвДП — посредством фактического признания ГДР улучшить отношения со странами социалистического блока и сохранить возможность объединения Германии мирными средствами. В. Брандт не отрицал существования двух немецких государств, но они, по его мнению, не являлись заграницей друг для друга, следовательно, взаимоотношения между ФРГ и ГДР должны были иметь свою специфику в отличие от отношений с другими странами [5, с. 112].
В Западной Германии оппозиция рассматривала данную политику как достаточно рискованный шаг, так как заявления немецкого канцлера могли привести к тому, что некоторые государства признали бы ГДР как независимое, суверенное государство. В этой связи 28 октября 1969 г. министр иностранных дел ФРГ В. Шеель призвал все дипломатические представительства Западной Германии за рубежом оттягивать признание ГДР.
Уже 19 марта 1970 г. состоялась встреча председателя Совета министров ГДР В. Штофа и канцлера В. Брандта, но она не принесла весомых результатов из-за различного понимания проблемы. Дело в том, что восточногерманские политики наставали на международно-правовом признании ГДР, в Бонне же рассчитывали на объединение Германии, заявлялось о единстве двух наций, выдвигался ряд принципов взаимоотношений двух государств: достижение максимальной кооперации между странами, соблюдение территориальной целостности и урегулирование споров, возможность свободных переездов между странами. Следующий контакт лидеров двух государств 21 мая 1970 г. в Касселе также не принес весомых результатов, но обе встречи показали, что стороны готовы идти на мирный диалог [6, p. 91-96].
После заключения договоров с Москвой и Польшей правительство ФРГ активно стало искать способы налаживания дипломатических контактов с ГДР. Однако до мая 1971 г. встречи лидеров двух стран не имели того результата, на который рассчитывали в Бонне. Дело в том, что ГДР возглавлял В. Ульбрихт, который имел свои представления по сотрудничеству Западной и Восточной Германии. Лидер Восточной Германии не всегда опирался на позицию СССР. В Москве были готовы интенсифицировать диалог с Западом, а также оказывали влияние на Берлин с цель установления дипломатических отношений между ГДР и ФРГ. В. Ульбрихт же настаивал, что сначала Западная Германия должна признать восточного соседа как равного партнера, а потом уже государства могут эффективно сотрудничать.
С приходом к власти в ГДР нового первого секретаря ЦК СЕПГ Э. Хонеккера, активно поддерживающего внешнеполитический курс Советского Союза и готового идти на контакты с Западом, ситуация изменилась. Исходя из этого немецкие дипломаты М. Коль и Э. Бар начали по поручению союзных держав диалог о заключении транзитного соглашения между ФРГ и ГДР параллельно с переговорами, которые были организованы между западноберлинским Сенатом и правительством ГДР.
Важной проблемой в отношениях двух немецких государств являлся вопрос Западного Берлина — части ФРГ внутри ГДР. При этом Восточная Германия требовала передачи данной территории, но страны Запада демонстрировали свою готовность удерживать Западный Берлин. Предложение начать диалог по данной проблеме поступило от президента США Р. Никсона во время посещения заводов концерна «Сименс» 27 февраля 1969 г. Аналогичную позицию выразил и министр иностранных дел СССР А. Громыко в июле 1969 г. 6-7 августа 1969 г. три западные страны направили Советскому Союзу ноты идентичного содержания, где выразили свой интерес к диалогу по вопросу об улучшении отношений между двумя германскими государствами и ситуации вокруг Западного Берлина. Ответ был получен в сентябре 1969 г., в котором Москва выразила готовность к решению данного вопроса, еще до прихода к власти Вилли Брандта [7, с. 180].
Сам диалог по Западному Берлину начался 26 марта 1970 г., однако из-за позиции В. Ульбрихта не приводил к весомым результатам. После смены власти в ГДР проявились положительные тенденции в переговорном процессе. Итогом таких консультаций стало четырехстороннее соглашение по Западному Берлину от 3 сентября 1971 г. Участники соглашения — Великобритания, США, СССР, Франция — обязались не применять вооруженные силы на данной территории, все споры должны были решаться мирным путем, также лидеры стран должны были воздержаться от односторонней политики по отношению к Западному Берлину. Руководство ФРГ активно сотрудничало со странами-участниками договора, большое значение играли переговоры Бонна и Москвы, а также диалог в формате четырех, состоящий из представителей ФРГ и трех западных держав. Стоит отметить, что представители СССР не считали, что Западный Берлин находится в абсолютной юрисдикции Бонна, немецкое правительство имело прямо противоположное мнение [8].
В дальнейшем два немецких государства продолжили диалог и в декабре 1971 г. подписали транзитное соглашение, которое позволило жителям Берлина свободно перемещаться между двумя частями города. При этом западногерманское правительство обязалось выплачивать пошлины и таможенные сборы. Другим важным документом был транспортный договор между ФРГ и ГДР, по которому жителям последней разрешалось навещать своих родственников в Западной Германии. Статистика свидетельствует о том, что данный договор имел много оснований и стал позитивным шагом во взаимоотношениях двух государств. Так, число поездок граждан ФРГ в ГДР выросло с 1 267 000 человек в 1971 г. до 2 279 000 человек в 1973 г. Число восточногерманских пенсионеров, посетивших ФРГ, увеличилось за тот же период на 25%, а число граждан допенсионного возраста составило около 52 тыс. человек [9].
15 июня 1972 г. Э. Бар и М. Коль приступили к консультациям по договору об основах отношений между ФРГ и ГДР. Для правительства Восточной Германии данное соглашение стало бы поводом для дальнейшего признания другими государствами, а также вступления в ООН. Во многом парафирование в ноябре 1972 г. договора об основах отношений было инициировано Э. Баром, который во время бесед в октябре того же года с Л. И. Брежневым и Э. Хонеккером добился согласия на интенсификацию диалога. Такая скорость инициатив немецкого правительства была во многом связана с определенными надеждами на воссоединение. В. Брандт и его окружение понимали, что решение, или, по крайней мере, продвижение в данном вопросе помогут ему добиться положительных результатов на досрочных выборах в бундестаг, назначенных на 19 ноября 1972 г. [10, p. 547].
Договор об основах отношений между ФРГ и ГДР был подписан 21 декабря 1972 г. Он означал фактически официальное признание государственной самостоятельности и суверенитета ГДР и послужил дальнейшему сотрудничеству двух немецких государств. Данный договор способствовал разрядке международной напряженности и создал основания для принятия двух немецких государств в ООН. ФРГ и ГДР обязывались решать все важнейшие проблемы только мирным путем, стремиться внести вклад в политику разрядки и обеспечения безопасности в Европе, подтверждая факт нерушимости границ всех европейских государств. Стоит отметить, что в ст. 4 договора было сказано, что ни одно из немецких государств не имеет права представлять другое на международной арене, что говорит об изменении отношения ФРГ к ГДР и понимании невозможности игнорирования последней [11].
В. Брандт и В. Шеель использовали специфическую юридическую конструкцию, благодаря которой в договоре упоминается особый статус отношений между ГДР и ФРГ, по сути не учитывающий со стороны последней международно-правового признания первой. Помимо этого, контакты с ГДР со стороны Западной Германии велись с помощью аппарата правительства, ведомства федерального канцлера, а не с помощью консульств и посольств МИДа, что говорило об особом характере отношений между странами. 31 июля 1973 г. Федеральный конституционный суд ФРГ по ходатайству земельного правительства Баварии заключил, что ФРГ не является правопреемницей «третьего рейха», но как государство оно идентично с ним, поэтому ГДР не может считаться заграницей, а может рассматриваться лишь как часть территории бывшей Германской империи [12].
После возобновления контактов между ФРГ и ГДР граждане последней смогли посещать своих родственников, супругов и детей на территории Западной Германии. Около 6 млн. жителей приграничных областей ФРГ могли посещать районы ГДР. Было открыто четыре новых пограничных пропускных пункта, а западногерманские журналисты получили возможность освещать события в ГДР еще в большем объеме из-за упрощения аккредитации корреспондентов.
Важнейшим, а по мнению немецкого историка Брунса, нередко единственным связующим звеном между двумя германскими государствами оставались торгово-экономические связи [13, s. 85.]. После установления официальных дипломатических отношений товарооборот между странами значительно возрос. Так, если в 1969 г. товарооборот между странами оценивался в размере 1422 млн. немецких марок, то в 1974 г. он составлял 3671 млн. немецких марок. Данная тенденция говорит о многократном усилении торгово-экономического партнерства ГДР и ФРГ [14, p. 278].
Конечно, более развитая в экономическом плане ФРГ активно выступала за сотрудничество с Восточной Германией, понимая, что выгодное экономическое партнерство повлияет на реализацию внешнеполитических замыслов Бонна. Руководство Брандта и Шееля использовало как рычаг воздействия на восточного партнера вопрос о регулировании свинга — беспроцентного кредита, направленного на определенные цели, в основном на закупку западногерманских товаров. Это стимулировало и усиливало экономические взаимоотношения и стало уникальным экономическим фактором германского сотрудничества. Правительство Восточной Германии было заинтересовано в увеличении размеров беспроцентного свинга, что и было сделано — за время канцлерства Брандта беспроцентный кредит вырос с 360 млн. марок в 1969 г. до 660 млн. марок в 1974 г. [15. с. 72].
Несмотря на внешнеполитические шаги социал-либеральной коалиции в области германо-германского сотрудничества, внутри ФРГ нерешенной оставалась проблема национальной идентичности и сосуществования двух немецких наций. Следует обратить внимание на две различные концепции существования ФРГ и ГДР. По сути в годы холодной войны в сознании немцев появился «ментальный барьер», который разделял их, исходя из идеологических установок двух государств. Еще одна проблема немецкой самоидентификации была связана с курсом Бонна, направленного на участие ФРГ в процессе европейской интеграции и формированием европейского сознания западных немцев. Не исключением является и новая восточная политика В. Брандта, который изначально заручился поддержкой Вашингтона и западноевропейских союзников, а уже потом стал реализовывать свои внешнеполитические цели. Наконец, на самоидентификацию немцев Западной Германии влияло чувство вины за развязывания Второй мировой войны, которое присутствовало у значительной части участников событий, а также у их детей, воспитанных в послевоенный период [16. с. 101].
В итоге, после Второй мировой войны была дискредитирована не только идеология нацизма, но и немецкая национальная идентичность. Для того, чтобы справиться с данным противоречием федеральному правительству было необходимо урегулировать проблему взаимодействия со странами Восточной Европы и СССР, которые в большей степени пострадали от политики «третьего рейха». Неслучайно 7 декабря 1970 г. канцлер В. Брандт совершил коленопреклонение перед памятником жертвам восстания в Варшавском гетто. Поступок лидера ФРГ стал неожиданностью не только для общественности и польского правительства, но и для его окружения. В самой Западной Германии данный шаг был воспринят двойственно: часть населения поддержала действия канцлера, другая критиковала его. Так, по итогам анонимного анкетирования популярного в стране издания «Der Spiegel» 48% немцев посчитали шаг западногерманского канцлера несколько «преувеличенным» и «чрезмерным», примерно 11% опрошенных отнеслись к нему безразлично, а 41% жителей страны не увидели в поступке В. Брандта ничего негативного [17].
Такая статистика показывает, что в 1970 г. немецкая общественность была не готова решить вопрос национальной самоидентификации, а предпосылки германского воссоединения только стали намечаться. В данном ключе интересны рассуждения немецкого политолога Ф. Кроненберга, который считал, что «история преодоления прошлого выступает как история нового обретения национального чувства в ФРГ». По мнению ученого, быть немцем значит рефлексировать и преодолевать нацистское прошлое [18, с. 27].
В своих мемуарах Брандт достаточно недоверчиво относился к идее быстрого воссоединения Германии, он не отказывался от возможности самоопределения восточных и западных немцев. Позднее В. Брандт будет рассматривать объединение Германии счастливой исторической случайностью, которая не смогла бы произойти без его восточной политики, задачей которой должно было стать сохранение сознания нации до лучших времен с помощью более широкого взаимодействия, не взирая на границы. По мнению В. Брандта, самоутверждение нации не противоречило идеалам демократии. В 1989 г. после визита в ГДР В. Брандт поддержал желание восточных немцев стать частью единой Германии, он решительно восстал против скептиков в СДПГ — О. Лафонтена и Г. Грасса, считавших первостепенными задачами страны европейское единство и внутриполитическое развитие Западной Германии [19].
В заключение отметим, что новая восточная политика В. Брандта способствовала интенсификации диалога между двумя германскими государствами, создала фундамент будущих взаимоотношений между ними, который в дальнейшем повлиял на процесс объединения Германии в 1990 г. Социал-либеральная коалиция обходила вопрос международно-правового признания ГДР и тем самым сохранила возможность объединения двух стран. Самоидентификации западных немцев в данный период развивалась в рамках, заданных холодной войной и членством ФРГ в Европейских сообществах, однако начавшийся процесс сближения с ГДР несомненно способствовал будущим изменениям в сознании нации.

Библиографический список

1. Сорокин А. Н. Конрад Аденауэр и германский вопрос в историографии ФРГ // Вестник Пермского университета. Серия: История. 2017. №3 (38). С. 127–137.
2. Grady T. A shared environment: German-German relations along the border, 1945–72 // Journal of Contemporary History. 2015. Vol. 50. №3. P. 660–679.
3. A Memorandum for President Nixon from National Security Advisor Henry Kissinger summarizing West German Chancellor Willy Brandt’s «Ostpolitik» or Eastern Policy // Nixon Presidential Materials Project, National Archives II, White House Files, NSC, Europe, Box 683. URL: https://digitalarchive.wilsoncenter.org/document/116214.pdf?v=67776c986888442ce85ab7270e2cd58b
4. Do We Achieve World Order through Chaos or Insight / Interview with Henry Kissinger // Spiegel. URL: https://www.spiegel.de/international/world/interview-with-henry-kissinger-on-state-of-global-politics-a-1002073.html
5. Организация Варшавского Договора 1955–1985. Документы и материалы. М., 1986.
6. Schönfelder J., Erices R. Willy Brandt in Erfurt. Das erste deutsch-deutsche Gipfeltreffen 1970. Berlin, 2010.
7. Павлов Н. В., Новиков А. А. Внешняя политика ФРГ от Аденауэра до Шредера. М., 2005.
8. The Text of the Four-Power Agreement Governing the Status of West Berlin // The New York Times Archives. URL: https://www.nytimes.com/1971/09/04/archives/the-text-of-the-fourpower-agreement-governing-the-status-of-west.html
9. Павлов Н. В. Внешняя политика ГДР (1949–1990). М., 2012. URL: http://www.mgimo.ru/study/faculty/mo/keuroam/docs/210929
10. Orlow D. The GDR’s Failed Search for a National Identity, 1945–1989 // German Studies Review. 2006. Vol. 29, No. 3. P. 537558.
11. The Basic Treaty (December 21, 1972) // German History in Documents and Images (GHDI) URL: https://ghdi.ghi-dc.org/sub_document.cfm?document_id=172
12. О некоторых мерах в связи с решением Конституционного суда ФРГ по договору об основах отношений между ГДР и ФРГ // Заседание Политбюро центрального комитета КПСС от 13 сентября 1973 г. URL: https://www.kas.de/documents/259803/10255756/1973_09_13_RGANI_F3_op72_d573_S_3_115-120.pdf/c42f044a-2eb3-991d-e34b-a0ec10294aa0?t=1601645892040
13. Bruns W. Deutsch-deutsche Beziehungen: Pramissen, Probleme, Perspektiven. Opladen, 1984.
14. Statistisches Jahrbuch of the FRG. 1976.
15. Кириленко А. А. Политические аспекты торгово-экономических отношений между ФРГ и ГДР в 1973–1974 годах // Ретроспектива: Всемирная история глазами молодых исследователей. 2011. №6. С. 67–74.
16. Рогожин А. А. Проблема генезиса немецкого национального самосознания в контексте международных отношений: история и современность // Вестник Волгоградского государственного университета. Серия 4: История. Регионоведение. Международные отношения. 2011. №1. С. 98–104.
17. Kniefall angemessen oder übertrieben? // Spiegel. URL: https://www.spiegel.de/politik/kniefall-angemessen-oder-uebertrieben-a-861df9eb-0002-0001-0000-000043822427?context=issue&name=KNIEFALL+ANGEMESSEN+ODER+%26Uuml%3BBERTRIEBEN%3F
18. Кроненберг Ф. Немецкая перспектива после катастрофы 1945 г.: нация, Основной закон, отечество // Послевоенная история Германии: российско-немецкий опыт и перспективы / под ред. Б. Бонвеча и А.Ю. Ватлина. М., 2007. С. 25–34.
19. «Now what belongs together will grow together» — German unity 1989/90 // Willi Brandt online biografie. URL: https://www.willy-brandt-biography.com/politics/german-unity

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *