АЛТАЙСКАЯ ШКОЛА ПОЛИТИЧЕСКИХ ИССЛЕДОВАНИЙ
Интернет-конференция
Хроника Аналитика Конференции Дневники
ALTAI SCHOOL OF POLITICAL STUDIES
Основана в 1996 г.

Лекаренко О.Г. Мирный атом как инструмент «мягкой силы» сверхдержав в 1950-е гг.

Сведения об авторе. Лекаренко Оксана Геннадьевна, д.и.н., доцент, профессор кафедры новой, новейшей истории и международных отношений Томского государственного университета, г. Томск. Научные интересы: холодная война, история европейской интеграции, трансатлантические отношения.

Аннотация. В статье рассматривается политика обмена научно-технической информацией в области мирного использования атомной энергии, которая в 1950-е гг. использовалась США и СССР в качестве инструмента «мягкой силы» для достижения своих внешнеполитических целей. Политика международного сотрудничества в области мирного использования атомной энергии представлена в контексте советско-американского соперничества. Показаны основные результаты и ограничения данной политики.

Мирный атом как инструмент «мягкой силы» сверхдержав в 1950-е гг.

С началом ядерного века Соединенные Штаты Америки и Советский Союз были заинтересованы как в военном, так и мирном применении атомной энергии, а уже в 1950-е гг. политика обмена ядерными материалами и технологиями для их использования в мирных целях стала практиковаться обеими сверхдержавами как инструмент «мягкой силы» для достижения внешнеполитических целей.
Международное сотрудничество в области мирного использования атомной энергии началось достаточно неожиданно. Потеря монополии США на ядерное оружие (СССР испытал ядерную бомбу в сентябре 1949 г., водородную — в августе 1953 г.) и эскалация гонки ядерных вооружений потребовали от американского правительства немедленных ответных шагов. В декабре 1953 г. на заседании ГА ООН президент Д. Эйзенхауэр предложил правительствам ядерных держав передать часть своих запасов урана и расщепляемых материалов в распоряжение Международного органа по атомной энергии, находящегося под эгидой ООН (будущего Международного агентства по атомной энергии — МАГАТЭ), для их использования в мирных целях. С подачи прессы новая политика получила название «Атомы для мира».
Речь Д. Эйзенхауэра задумывалась как призыв к сокращению ядерных вооружений и пропагандистский ход, направленный против СССР. В то время США не располагали ни испытанными образцами энергетических ядерных реакторов, которые могли бы продавать за рубеж, ни данными в пользу того, что ядерная энергия является экономически обоснованной. Эксперты также предупреждали об опасности ядерного распространения, однако в правительстве были уверены в том, что политические обстоятельства вынуждают США к немедленным действиям [1, p. 949-950].
С целью выполнения программы «Атомы для мира» США инициировали пропагандистскую кампанию за рубежом, а также начали предварительные переговоры с СССР о создании МАГАТЭ. Изменения были внесены в ядерное законодательство США. Закон об атомной энергии 1954 г. предусматривал сотрудничество с другими странами или группой стран в области мирной ядерной энергетики через строительство атомных станций, продажу патентов и расщепляемых материалов. Поскольку переговоры о создании МАГАТЭ могли затянуться на год или больше, США решили подписать двусторонние договоры о сотрудничестве в области мирного использования атомной энергии с союзниками и заинтересованными странами.
С этого времени политика обмена ядерными технологиями стала новым значимым элементом американо-советского соперничества. Стремясь не отстать от своего идеологического противника, 18 января 1955 г. Совет министров СССР опубликовал декларацию, в которой говорилось о намерении Советского Союза предложить странам коммунистического блока помощь в строительстве экспериментальных ядерных реакторов с выделением необходимого для работы ректоров и в научных целях количества расщепляемых материалов, а также организации обучающих программ для ученых и инженеров из данных стран в Советском Союзе [2, p. 49].
Вступление СССР в международное сотрудничество в области мирного использования атомной энергии вынудило правительство США ускорить пересмотр политики разделения ядерной информации с союзниками. В представленном 1 марта 1955 г. докладе Совета по национальной безопасности (СНБ) говорилось, что СССР может использовать развитие атомной энергии не только в военных и промышленных, но и в политических целях для того, чтобы распространять свое влияние на развивающиеся страны, такие как Индия, Пакистан или Бирма. СНБ предупреждал, что если Соединенные Штаты не смогут должным образом использовать свой ядерный потенциал, то политически и психологически СССР получит важное преимущество на новом участке битвы холодной войны [3]. 12 марта СНБ утвердил соответствующую директиву № 5507/2 «Мирное использование атомной энергии», в которой были поставлены такие задачи, как сохранение американского лидерства в области мирного использования атомной энергии и предоставление помощи дружественным странам в развитии ядерной энергетики при условии, что предоставленные расщепляемые материалы не будут использоваться в военных целях. Такая политика должна была противостоять тезису советской пропаганды о том, что США заинтересованы только в развитии военной ядерной программы [4].
Поскольку в тот период США и СССР были единственными государствами, которые могли проводить политику помощи другим странам в развитии мирной ядерной энергетики, соперничество между ними было практически неизбежным. Обе сверхдержавы были нацелены на то, чтобы как можно скорее подписать двусторонние соглашения в области мирного использования атомной энергии с как можно большим количеством стран и предпочтительно раньше своего соперника.
Предлагая помощь в развитии мирного атома своим союзникам, правительство СССР стремилось доказать превосходство мировой социалистической системы. В апреле 1955 г. СССР подписал первые соглашения о сотрудничестве в области мирного использования атомной энергии с КНР, Польшей, Чехословакией, Румынией и ГДР. Соглашения, предусматривавшие предоставление помощи в строительстве экспериментальных ядерных реакторов, вступали в силу сразу после подписания. Поскольку Советский Союз первым подписал соглашения о сотрудничестве в области мирного использования ядерной энергии, это позволило советской пропаганде заявить, что СССР является безусловным лидером в данной сфере. Опережение противника во многом стало возможным благодаря советскому политическому режиму с его централизованном характером принятия решений и отсутствию в соглашениях жестких требований в отношении утилизации ядерных отходов (принимающая сторона давала заверения, что будет использовать полученные ядерные материалы и оборудование только в мирных целях) [2, p. 52].
США подписали первые соглашения о сотрудничестве в области мирного использования атомной энергии в мае 1955 г. Это были однотипные договоры, предусматривавшие помощь в строительстве научно-исследовательских реакторов с выделением для каждого такого реактора не более 6 кг обогащенного на 20% урана. Страны-получатели помощи брали на себя обязательство не использовать ядерные материалы в военных целях и принимали условие контроля по выполнению данного обязательства (ежегодные отчеты и проверки, включая инспекции). В результате развития политики обмена ядерной информацией американская Комиссия по атомной энергии расширила свои полномочия и добилась увеличения бюджета. В свою очередь госдепартамент рассматривал ядерные технологии как средство продвижения внешнеполитических интересов США и «психологической войны» с Советским Союзом [1, p. 973-974].
Опасаясь не отстать в ядерной гонке, Советский Союз внес изменения в программу помощи союзным странам. В феврале 1956 г. был учрежден Объединенный институт ядерных исследований в Дубне, задачей которого являлось развитие научного сотрудничества стран социалистического блока в сфере мирного атома [2, p. 53]. Новые соглашения о сотрудничестве в области мирного использования атомной энергии, заключенные в 1957 г. с рядом социалистических и развивающихся стран, предусматривали помощь в строительстве энергетических ядерных реакторов, работа которых зависела от поставок ядерного топлива из СССР. Таким образом, полностью контролируя ядерный цикл, Советский Союз стремился предотвратить развитие военных ядерных программ в союзных странах. Похожую политику проводили Соединенные Штаты, которые стремились продвинуть на мировой рынок разрабатываемые в США типы реакторов, работающие на обогащенном уране, поставляемом из США.
Новый виток американо-советского соперничества наступил после запуска Советским Союзом в октябре 1957 г. первого искусственного спутника Земли. Запуск спутника бросил вызов американскому научному и технологическому лидерству. Выход из данной ситуации американские политики видели не только в увеличении ассигнований на научные исследования, но и в усилении научно-технического сотрудничества западных стран [5, p. 168]. Успехом американской дипломатии стало заключение в ноябре 1958 г. соглашения о сотрудничестве США с недавно учрежденным Европейским сообществом по атомной энергии (Евратом). Соглашение предусматривало поставки американских реакторов в страны Евратома и развитие совместной научно-исследовательской программы по их усовершенствованию.
Таким образом, политика обмена мирными ядерными технологиями использовалось обеими сверхдержавами с целью: 1) продемонстрировать свое технологическое превосходство над противником; 2) контролировать ядерные программы в союзных странах (не допускать перетекания ядерных технологий из гражданской в военную сферу); 3) распространять свое влияние на страны третьего мира, которые рассматривали развитие ядерной энергетики как предмет престижа.
Политика международного сотрудничества в области мирной ядерной энергии выглядела многообещающей, но имела серьезные ограничения, такие как соображения национальной безопасности или экономической выгоды. Ее успех во многом зависел от сохранения лидерства в области мирных ядерных технологий, удерживать которое по мере развития научных исследований в других странах мира становилось все труднее. Обе сверхдержавы также недооценили стремление своих союзников к большей независимости в научно-технической сфере. В Москве и Вашингтоне также отдавали себе отчет в том, что ядерные технологии являются технологиями двойного назначения. По мере сближения позиций США и СССР по вопросу ядерного нераспространения уже в следующем десятилетии обеим сверхдержавам пришлось корректировать свою политику в области мирного использования атомной энергии даже по отношению к ближайшим союзникам.

Литература

1. Drogan M. The Nuclear Imperative: Atoms for Peace and the Development of U.S. Policy on Exporting Nuclear Power, 1953-1955 // Diplomatic History. 2016. № 5. P. 948-974.
2. Ginsburg G. Soviet Atomic Energy Agreements // International Organization. 1961. № 1. P. 49-65.
3. National Security Council Report NSC 5507/1 «Peaceful Uses of Atomic Energy», March 1, 1955 // Digital National Security Archive (DNSA), Presidential Directives collection, Document Number: PD00443.
4. National Security Council Directive NSC 5507/2 «Peaceful Uses of Atomic Energy», March 12, 1955 // DNSA, Presidential Directives collection, Document Number: PD00444.
5. Anderson C.P. Outsider in the Senate: Senator Clinton Anderson’s Memoirs. N.Y., 1970.

Версия для печати Версия для печати Отправить по почте Отправить по почте

Комментариев нет

Комментариев пока нет.

Оставить комментарий

XHTML: Вы можете использовать эти теги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>

Spam Protection by WP-SpamFree

Подписаться, не комментируя

 


Страница 1 из 11

© При использовании материалов АШПИ ссылки на эти страницы обязательны.