Гайкин В.А. Цзяньдао, Дунбяньдао — территория корейской герильи в Маньчжурии (1937–1941 гг.) и память об антияпонской войне в КНДР

Gaykin V.A. Jiandao, Dongbiandao — Territory of Korean Gerilla in Manchuria (1937–1941) and the Memory of the Anti-Japanese War in the DPRK

Сведения об авторе. Гайкин Виктор Алексеевич, к.и.н., ст. науч. сотр. Института истории, археологии и этнографии народов Дальнего Востока (ДВОРАН), г. Владивосток. Круг научных интересов: корейская эмиграция в Восточной Азии; Россия в XXI веке.

Аннотация. Одной из ярких и действительно героических страниц сопротивления японской агрессии была вооруженная борьба в районах Маньчжурии, граничащих с СССР и Кореей. Главными «действующими лицами» здесь были корейские партизаны, поскольку это была территория с преимущественно корейским населением (1 млн. чел. на 1937 г.), которое и стало человеческим ресурсом антияпонской борьбы в этом регионе. Одним из известных партизанских командиров в этом районе был кореец Ким Сон Чжу, взявший псевдоним Ким Ир сен. Он официально именовался командиром 6-й дивизии Второй армии. На самом деле отряд (дивизия), которым командовал Ким Ирсен в разные годы насчитывал от 200 до 500 бойцов. После освобождения Кореи, опыт коммунистической деятельности и антияпонской борьбы в Маньчжурии превратился в своеобразное «три источника и три составные части корейской революции». По мнению Ким Ир Сена и его комбатантов, которые правили Северной Кореей четыре десятилетия, именно их антияпонская активность заложила основу корейской революции. Деятельность Ким Ир Сена внимательно изучалась историками в Южной Корее где его претензии определялись как сильно преувеличенные, не соответствующие действительности. В желании опорочить «врага» некоторые южнокорейские исследователи отрицали вообще какое-либо участие Ким Ир Сена в антияпонской герилье.
Ключевые слова: Маньчжурия, японская агрессия, корейские партизаны, герилья, Компартия Китая, Ким Ир Сен.

Summary. Summary. One of the bright and truly heroic pages of the resistance to Japanese aggression was the armed struggle in the areas of Manchuria bordering the USSR and Korea. The main» actors » here were the Korean partisans, since it was a territory with a predominantly Korean population (1 million people in 1937), which became the human resource of the anti-Japanese struggle in this region. One of the famous guerrilla commanders in the area was a Korean named Kim Seong-joo, who took the pseudonym Kim Il-sung. He was officially called the commander of the 6th Division of the Second Army. In fact, the detachment (division) commanded by Kim Il-sung in different years numbered from 200 to 500 fighters. After the liberation of Korea, the experience of communist activities and anti-Japanese struggle in Manchuria turned into a kind of»three sources and three components of the Korean revolution». According to Kim Il Sung and his combatants, who ruled North Korea for four decades, it was their anti-Japanese activism that laid the foundation for the Korean revolution. Kim Il-sung’s activities have been closely studied by historians in South Korea, where his claims have been identified as highly exaggerated, not corresponding to reality. In a desire to discredit the «enemy», some South Korean researchers denied any involvement of Kim Il-sung in the anti-Japanese campaign.
Keywords: Manchuria, Japanese aggression, Korean guerrillas, Chinese Communist Party, Kim Il Sung.

 

Цзяньдао, Дунбяньдао — территория корейской герильи в Маньчжурии (1937–1941 гг.) и память об антияпонской войне в КНДР

Герилья в Цзяньдао и Дунбяньдао
В 1937 г. под руководством Компартии Китая в Маньчжурии была создана Объединенная Антияпонская армия (ОАА) и сформированы три региональных соединения — Первый, Второй и Третий фронты ОАА, включавшие 14 армий. По китайским (возможно преувеличенных в пропагандистских целях) данным численность «ОАА» составляла 45 тысяч человек.
Юго-Восточная Маньчжурия (регион, где селились корейские иммигранты) была операционной зоной Первого фронта. Надо сказать, что термин «армия» имел более пропагандистское значение, поскольку в количественном плане армия состояла в лучшем случае из нескольких тысяч человек. В 1937 г. значимые очаги сопротивления сохранились в основном только в горных и лесных районах Северной Маньчжурии, граничащей с СССР и Юго-Восточной Маньчжурии, возле границы с Кореей — Цзяньдао, Дунбяньдао (Цзяньдао — провинция Маньчжоу-го с преимущественно корейским населением, Дунбяньдао — районы Маньчжурии, примыкающие к пограничной с Кореей р. Ялуцзян, с многочисленным корейским населением). Одним из известных партизанских командиров в этом районе был кореец Ким Сон Xжу, взявший псевдоним Ким Ир сен. Он официально именовался командиром 6-й дивизии Второй армии. На самом деле отряд (дивизия), которым командовал Ким Ир Cен в разные годы насчитывал от 200 до 500 бойцов.
Для политической работы среди корейского населения Маньчжурии под эгидой компартии Китая в приграничных с Кореей районах в 1936 г. было создано «Общество возрождения отечества» и его отделения в Корее [1, с. 422]. После начала японской агрессии в Китае в 1937 г. перед «Обществом возрождения отечества» была поставлена задача помешать японской армии в Корее поддерживать боевые действия в Китае, членам Общества предлагалось организовывать диверсионные группы из рабочих заводов и железных дорог, совершать акты саботажа [2, с. 611–612]. Из материалов допросов членов «Общества возрождения отечества», арестованных японскими карательными органами, видно, что фактическим руководителем Общества был Ким Ир Cен [2, с. 586–648]. Это подтверждают и авторы японского полицейского издания: «Осенью 1936 г. под непосредственным руководством командира 6-й дивизии Второго фронта ОАА Ким Ир Cена… было создано «Корейское общество возрождения отечества» [3, с. 405].
Южнокорейские историки пытаясь принизить значение борьбы Ким Ир Сена в Маньчжурии, зачастую (справедливо) отмечают немногочисленность партизан под его руководством. На этой же волне, они незаслуженно снисходительно описывают деятельность «Общества» называя «Общество возрождения отечества» одной из многих мелких патриотических групп, появлявшихся, как грибы после дождя и так же быстро уничтожаемых японской полицией. Это не соответствует действительности. Целью Общества было создание широкого антияпонского фронта всех слоев корейского народа для свержения японского господства. В программе не было пункта о диктaтype пролетариата. Членом общества мог быть «любой, кто согласен с целями ассоциации и желает бороться за реализацию принципов, выраженных в великой программе из 10 пунктов, участвовать в работе ассоциации. Независимо от возраста, занятий, дохода, небольших разногласий» [4, с. 462].
Сферой действия Общества в Маньчжурии был район Дунбяньдао, где организовывались ячейки «Общества» велась антияпонская пропаганда, издавался журнал под названием «Первое марта», в память о народном восстании 1919 г. в Корее. Организация была довольно многочисленной. Это был серьезный опыт создания антияпонской подпольной ассоциации. В январе 1937 г. организационные усилия «Общества возрождения отечества» были направлены в Корею. Крупное отделение «Общества» было создано в г. Капсан и названо «Лигой национального освобождения». «Лига» выпускала журнал «Хвачжонмин», создавала крестьянские антияпонские союзы, молодежные, женские организации. Было организовано более 35 обществ и их отделений [1, с. 422]. Велась работа по вовлечению передовых членов «Лиги» в компартию через корейское отделение Восточно-Маньчжурского комитета КПК.
После начала японской агрессии в Китае в 1937 г. перед «Обществом возрождения отечества» была поставлена задача помешать японской армии в Корее собрать силы для расширения боевых действий в Китае. Для этого предлагалось организовывать диверсионные группы в промышленности, на транспорте, совершать акты саботажа, призывать народ Кореи к антияпонской борьбе. Осенью 1937 г. японские жандармы, напав на след «Общества освобождения отечества», провели серию арестов в уезде Чанпай (Маньчжурия) и в пограничных с Китаем районах Кореи. На маньчжурском берегу р. Ялуцзян в ноябре — декабре было схвачено 700 патриотов. В Корее полиция арестовала 166 подпольщиков [2, с. 7]. Осенью 1937 г. японская полиция доложила о прекращении деятельности «Общества возрождения отечества». То, что «Общество» провалилось, скорее не его вина, а заслуга японской полиции, проникшей во все поры как маньчжурского, так и корейского социального организма.
Основным районом действий отряда Ким Ир Сена (численностью около 300 бойцов) был Дунбяньдао [1, с. 410]. Здесь на склонах горы Байтоушань (корейское название Пектусан) были созданы партизанские базы. Кроме отряда Ким Ир Сена, в Дунбяньдао действовали партизанские отряды Цао Яфана , Чэ Хёна (впоследствии министр обороны КНДР), Ан Ку Чёна, Ван Тэ Тая, Цао Ку Ана, Ман Суна, Ван Фэн Ко, У И Чена [5]. Общая численность бойцов партизанских отрядов Дунбяньдао (большинство из которых были корейцами) составляла к сентябрю 1936 г. по японским оценкам, 5520 человек. Из них в отрядах компартии сражалось 2590 бойцов, отряды националистов насчитывали 1720 человек, численность крестьянских отрядов и хунхузов составляла 1210 человек [6, с. 6].
Сами по себе рейды партизан в Корею не наносили большого ущерба колониальному режиму. Однако тот факт, что по ту сторону границы существуют корейские партизанские отряды, стимулировал антияпонское сопротивление в Корее. Кроме того, Дунбяньдао предстояло стать «Маньчжурским Руром» — районом, где на базе богатых рудных месторождений японцы планировали создать добывающую и металлургическую промышленность. В результате карательных операций численность партизан в Дунбяньдао уменьшилась к январю 1937 г. по сравнению с сентябрем 1936 г. более чем в два раза (до 2595 бойцов). Из них в отрядах под руководством компартии воевало 1340 человек, численность националистических группировок составила 395 человек (уменьшение в 4 раза), «беспартийные» крестьянские отряды и хунхузы насчитывали 860 человек [6, с. 65–66].
Военные операции Ким Ир Сена в Корее сделали его известной фигурой в антияпонском сопротивлении. Японский автор писал: «Я слышал от чиновников корейского генерал-губернаторства о корейских коммунистических бандитах Ким Ир Сене, Цао Ку Ане…» [7, с. 58]. На борьбу с отрядом Ким Ир Сена был брошен специальный карательный отряд, состоявший из корейцев (в большинстве бывших партизан), под командованием полковника Ким Сок Вона (командующий южнокорейской армией в начале корейской войны 1950 г.). В октябре 1937 г. японская часть под командованием генерал-майора Исикава Сигэёси предприняла наступление против Второй армии, куда входила дивизия (отряд) Ким Ир Сена, но была разбита партизанами [8, с. 287].
Трудно было и националистам. «Корейская революционная армия» таяла под ударами карателей. Остатки Армии влились в отряд Ким Ир Сена в 1938 г. В том же году сдались японцам командующий «Корейской революционной армией Ким Хваль Сок, начальник военного отдела Ким Ту Хва [9, с. 77].
По японским данным, на декабрь 1938 г. в приграничных с Кореей районах Маньчжурии (Цзяньдао, Дунбяньдао) продолжали борьбу 3400 партизан — коммунисты, националисты, крестьянские (беспартийные) отряды. Из них в отрядах компартии сражались 2825 бойцов. По свидетельству японского полицейского издания, в этом районе «главные бандиты — Ян Цзинь Юй и Ким Ир Сен», уничтожение их — «важнейшая цель карательных операций» [10, с. 220]. В отряде Ким Ир Сена насчитывалось около 500 человек [1, с. 225]. Японцы продолжали операции по борьбе с партизанами в Восточной Маньчжурии. С октября 1938 г. по февраль 1939 г. в провинции Тунхуа в боях с карателями погибли 340 партизан, 106 были взяты в плен, 608 сдались. В 1938 г. в этой провинции из 900 партизан 500 были корейцами [11, с. 224–225].
В конце 1940 г. из 4–5 отрядов, действовавших на юго-востоке Маньчжурии, на первое место по значимости японцы ставили отряд Ким Ир Сена. Однако реальной угрозы для японцев ни отряд Ким Ир Сена, ни другие отряды этой зоны в 1940 г. уже не представляли. Партизаны в 1940 г. были чаще всего обороняющейся стороной. Инициативой полностью владели каратели. Основная цель партизан была уже не борьба с японскими оккупантами, а выживание в неимоверно трудных условиях. В летне-осенний период партизаны нападали на «стратегические деревни» или на небольшие отряды лесной полиции для пополнения запасов продовольствия, одежды. С наступлением зимы активность инсургентов резко снижалась. Патриоты несли большие потери в боях с преследовавшими их карателями и поэтому старались избегать кровопролитных столкновений с превосходящими силами противника.
К концу 1940 г. японцам удалось почти полностью подавить вооруженное сопротивление корейских партизан в Маньчжурии (как и китайских). Так общее количество инсургентов на юго-востоке Маньчжурии, принимавших участие в боях, сократилось в сентябре 1940 г. по сравнению с январем 1940 г. в 11 раз [10]. Осенью 1940 г. в Юго-Восточной Маньчжурии (основном районе действий корейских партизан) продолжало борьбу не более 400 патриотов (по всей Маньчжурии — 1600 партизан) [3, с. 26]. Для сравнения только полицейских-корейцев в Цзяньдао насчитывалось 4013 человек (по всей Маньчжурии 6890 человек), членов отрядов самообороны-корейцев в Цзяньдао — 12376 человек (по всей Маньчжурии 12875 человек) [13, с. 2, 8]. С октября 1939 г. по март 1941 г. в боях в Дунбяньдао погибло 1282 партизана, захвачено в плен 896, сдались 1040 инсургентов [13, с. 293]. После 1940 г. вооруженное антияпонское сопротивление практически сошло на нет.
В начале 1941 г. Ким Ир Сен с остатками своего отряда перешел границу с СССР в районе Хабаровского края, где стал офицером Красной армии, командиром корейской роты в составе китайско-корейского батальона. К 1941 г. в Маньчжурии, по японским оценкам, насчитывалось всего 510 партизан, из них 50% находилось в «ОАА». В 1942 г. остатки «ОАА» перешли на территорию СССР [14, с. 20].
Память о герилье в КНДР
После освобождения Кореи опыт коммунистической деятельности и антияпонской борьбы в Маньчжурии превратился в своеобразные «три источника и три составные части корейской революции». По мнению Ким Ир Сена и его комбатантов, которые правили Северной Кореей четыре десятилетия, именно их антияпонская активность заложила основу корейской революции. После освобождения группа Ким Ир Сена вместе с другими эмигрантскими группами, в том числе Советской и Яньаньской, вернулись в Корею. После окончательного захвата власти в конце 1950-х гг. Ким Ир Сен со товарищи трансформировали опыт Маньчжурской борьбы 1930-х годов в официальную идеологию Чучхе корейского государства (опора на собственные силы).
С тех пор воспоминания о партизанской эпопее в Маньчжурии находятся в центре политической культуры Северной Кореи, оказывая свое влияние на все аспекты экономической, политической и культурной деятельности. Мемуары бывших партизан изучаются в школах, предприятиях, организациях, деревнях и политических структурах северокорейского государства. Учитывая повсеместное присутствие Маньчжурских реалий (военного времени) в северокорейской политике и культуре, для их понимания нужно знать особенности корейской герильи в Маньчжурии.
Основное внимание в работах северокорейских исследователей уделялось антияпонской борьбе Ким Ир Сена в Маньчжурии. В этих исследованиях нет ни слова о разгроме советскими войсками Квантунской армии и освобождении Кореи. На полном серьезе описываются военные действия корейских партизан под руководством маршала Ким Ир Сена, исключительно своими силами разгромившего японскую армию и избавившего Корею от 40-летнего колониального ига японского империализма [15]. В трудах историков КНДР отрезок его жизненного пути 1941–1945 гг. (пребывание в СССР) отображается весьма оригинально. О его выходе (выдавливании) из Маньчжурии в СССР не говорится ни слова. Разведывательно-диверсионные рейды из СССР в Маньчжурию групп партизан с участием Ким Ир Сена описываются как битвы, которые вел маршал Ким Ир Сен против японских интервентов в Маньчжурии, готовя свою армию к последней операции для освобождения Кореи [15].
Борьба Ким Ир Сена внимательно изучалась историками в Южной Корее, где его претензии определялись как сильно преувеличенные, не соответствующие действительности. В желании опорочить «врага» некоторые южнокорейские исследователи отрицали вообще какое-либо участие Ким Ир Сена в антияпонской герилье, описывая, как якобы сотрудники НКВД, «выдрессировав» корейца из советской диаспоры, привезли его в Пхеньян и представили народу как руководителя корейской герильи в Маньчжурии, что, конечно, не соответствует действительности. Борьба корейских партизан в Маньчжурии была заметным явлением в истории антияпонского сопротивления, временами отвлекала значительные силы японской армии, что пусть в малой степени, но препятствовало реализации агрессивных планов японской военщины против СССР. Закончилась герилья, как и в одноименной повести Фадеева, «Разгромом», что ни в коей мере не умаляет ее значения как феномена вооруженной борьбы корейского народа за свое освобождение и против японской агрессии в Северо-Восточной Азии.

Библиографический список

1. Сайкин ни окэру тёсэн тиан дзёкё 1938 нэн (Общественный порядок в Корее в настоящее время, 1938 г.). Токио, 1966.
2. Тёсэн тодзи сирё (Материалы по истории управления Кореей): в 10 томах. Т. 6. Токио, 1970–1971.
3. Сина оёби Мансю но тиан дзёкё 1941 (Общественный порядок в Китае и Маньчжурии на 1941). Б.м., 1942.
4. Suh Dae-Sook. Document of Korean Communism 1918–1948. Prinston, N.J., 1970.
5. Хокубу тохэндо тайбацу дзёхо (Сообщения о карательных операциях в северной части Дунбяньдао) // Тунхуа. 1936. №78–93; 1937. №1–26.
6. Хокубу тохэндо тихон косаку сого хококу (Сводный доклад о работе по умиротворению северной части Дунбяньдао). Б.м., 1937.
7. Нагаока Титаро. Кёкуто но кэйкаку то миндзоку (Перспективы Дальнего Востока и народы). Токио, 1938.
8. Suh Dae-Sook. The Korean Communist Movement 1918-1948. Prinston (N.J.), 1967.
9. Мансюкоку кэйсацу гайё (Обзор полиции Маньчжоу-го). Б.м., 1940.
10. Тиан гайкё гаппо (Ежемесячный бюллетень состояния общественного порядка). Б.м., 1940. №1, 2, 3, 4, 7, 9).
11. Scalapino R.A., Chong-sik Lee. Communism in Korea. Pt. 1. Berkley; Los Angeles, 1972,
12. Мансю кокунай бусо дантай тёсахё (Вооруженные формирования в Маньчжурии). Б.м., 1940.
13. Chong-sik L. Revolutionary Struggle in Manchuria. Berkley; Los Angeles, L., 1983.
14. Чжоу Баочжун. Дунбэйды канжи юцзи чжаньчжэн хэ канжи ляньцзюнь. Чугао (Антияпонская партизанская война и Объединенная антияпонская армия Северо-Восточного Китая. Краткий очерк) // Данши цзыляо. 1954. №9.
15. Современная история Кореи. В 2-х тт. Т. 2. Пхеньян, 1979.