Козулин В.Н. Образ Сибири в записках западноевропейцев XV–XVII вв.

Kozulin V.N. Image of Siberia in the Western Europeans’ Notes of 15th–17th Centuries

Сведения об авторе. Козулин Вячеслав Николаевич, к.и.н, доцент кафедры всеобщей истории и международных отношений Алтайского государственного университета, г. Барнаул. Область научных интересов: проблемы национальных образов, имагология, этническая психология, история культурных связей России и Запада.

Аннотация. В статье предпринята попытка реконструкции образа Сибири по материалам сочинений западноевропейских авторов XV–XVII вв. Данная тема мало исследована в историографии. На основании изученных источников делается вывод, что до самого конца XVII века европейские представления о Сибири были крайне скудны, и в них легенды и античные реминисценции явно преобладали над реальными знаниями. Вместе с тем образ Сибири как холодной экзотической страны становился все популярнее в Европе, поэтому неудивительно, что Робинзон Крузо, по мановению пера автора знаменитого романа Даниэля Дефо, одно из своих новых путешествий, после возвращения с необитаемого острова, предпринял в Сибирь. Сравнивая образ Сибири с образом России в западноевропейских сочинениях того же времени, можно заключить, что это два совершенно разных образа. В представлениях о России («Московии») гораздо больше реальных данных, присутствуют политико-идеологические мотивы — подчеркивание деспотизма власти и раболепия народа и т.п., чего совсем нет в описаниях Сибири.
Ключевые слова: имагология, образ Сибири, Россика, Сибирика, С. фон Герберштейн, Дж. Флетчер, И. Балак, У. Уорнер, И. Рейтенфельс, Д. Дефо.

Summary. The article makes an attempt to reconstruct the image of Siberia according to the works of Western European authors of the 15th–17th centuries. There are almost no studies on this topic in historiography. Based on the studied sources, a conclusion is made that up to the very end of the 17th century, European ideas about Siberia were extremely scarce, and the legends and ancient reminiscences clearly prevailed over real knowledge. At the same time, the image of Siberia as a cold exotic country was becoming more and more popular in Europe, so it is not surprising that one of Robinson Crusoe’s new journeys, after his return from a desert island, at the beck and call of the author of this famous novel, Daniel Defoe, took him to Siberia. Comparing the image of Siberia with the image of Russia in Western European writings of the same time, we can conclude that these are two completely different images. The images of Russia («Muscovy») have much more real data, there are political and ideological motives – emphasizing the despotism of the government and the servility of the people, etc., which is completely absent in the descriptions of Siberia.
Key words: imagology, image of Siberia, Rossica, Siberica, S. von Herberstein, J. Fletcher, J. Balak, W. Warner, J. Reutenfels, D. Defoe.

 

Образ Сибири в записках западноевропейцев XV–XVII вв.

В современной исторической науке уже давно популярна так называемая имагологическая проблематика, то есть исследования на тему представлений (или образов — от лат. imago, «образ») народов друг о друге и о разных странах, регионах — так называемые национальные образы. Это направление зародилось еще в середине прошлого века на Западе (в рамках сравнительного литературоведения) [1, с. 139–140]. В конце прошлого века оно стало активно разрабатываться и в России. Среди российских исследователей большой интерес вызывают проблемы восприятия России и русских иностранными реципиентами (авторами «Россики» — сочинений о России разных лет). Существует огромное число работ на эту тему. Иногда в этих работах затрагивается тема восприятия иностранцами отдельных регионов России (ср.: [2]). О Сибири, которая является предметом настоящей статьи, таких работ почти нет. Между тем, еще в первой половине прошлого века сибирским ученым М.П. Алексеевым была издана замечательная антология фрагментов западноевропейских сочинений (с XIII по XVII век), повествующих о Сибири [3–5]. Чуть позднее другим сибирским исследователем, Э.П. Зиннером, была составлена еще одна антология, включившая в себя европейские описания Сибири XVIII века [6]. Обе эти подборки могут послужить прекрасной источниковой базой для исследования образа Сибири в сочинениях иностранцев — так называемой «Сибирики». Единственным исключением является, пожалуй, вышедшая четыре года назад фундаментальная работа В.П. Марченко о разведывательной деятельности Святого Престола в Сибири [7], но она посвящена несколько иному аспекту и ограничивается только лишь папскими сведениями о Сибири. Также очень краткий и неполный очерк «сведений западноевропейских путешественников XIII—XVII веков о Сибири и ее древних городах» содержится в работе Л.Р. Кызласова [8].

Задача настоящей статьи — проследить формирование западноевропейских представлений о Сибири с конца XV по XVII век, попытаться выявить и описать в основных чертах образ Сибири, который сложился в европейской литературной традиции раннего Нового времени.

Прежде чем говорить об «открытии» Сибири европейцами в Новое время, стоит заметить, что в предыдущие периоды — в Античности и в Средние века — северная Азия оставалась почти совершенно неизвестной европейцам. Хотя и Римская держава и впоследствии Византия вели активную торговлю с Индией и Китаем, но эта торговля шла в основном через посредников (главным образом персов). По поводу Византии один немецкий исследователь вообще утверждал, что «в деле общего познания мира Византия не только не ушла вперед сравнительно с античной древностью, но даже подалась назад» [9]. В предисловии к вышеупомянутой антологии западноевропейских известий о Сибири XIII–XVII вв. академик М.П. Алексеев отмечает: «Проходили целые столетия, в течение которых северная Азия совершенно выпадала из кругозора европейцев, не возбуждая к себе ни ученой пытливости, ни простого любопытства. Это были века их полного разрыва и обоюдной незаинтересованности друг в друге… Более двадцати веков странствовали из страны в страну диковинные рассказы о краях вечного холода, безлюдья и смертной тишины, пока их не заменили, наконец, подлинные рассказы путешественников и сведения, заслуживающие полного доверия. История ознакомления с Сибирью в Западной Европе — это прежде всего история борьбы легендарной традиции с наблюдением и опытным исследованием» [5, с. XVIII].

Еще со времен «отца истории» Геродота одним из ключевых слов в описании северо-восточной Европы и, видимо, отчасти и северной Азии было слово «Рифы» (Рипы) или «Рифейские (Рипейские) горы». Иногда их еще называли «Гиперборейскими горами», так как за ними якобы проживали легендарные счастливые племена гипербореев, то есть буквально «заборейцев», живших вне пределов досягаемости северного ветра Борея (подробнее см.: [5, с. XXII–XXIII; 10, с. 88–94]). Чаще всего эти горы ассоциируют с Уральскими горами, хотя есть и другие версии локализации — от Карпат до Гималаев. Все дело в том, что разные античные авторы могли подразумевать под «Рипами» совершенно разные горы. Любопытно, что это слово некоторые исследователи возводят к скифскому слову «hripa», гора, или к русскому слову «хребет», а также к распространенным в скифских краях птицам грифам [5, с. XXII].

В своем скифском рассказе Геродот во многом опирался на поэму легендарного путешественника и поэта Аристея из Проконнеса «Аримаспейя» — воспоминания о торговой поездке в страну исседонов. Из отрывка этой поэмы, приводимого Геродотом, следует, что за упомянутыми исседонами на далеком севере живут «одноглазые аримаспы», над ними — «стерегущие золото грифы», а еще выше — «гипербореи, простирающиеся до моря» (Her., IV, 13). Как отмечает М.П. Алексеев, «в народах отдаленного северо-востока, описанных Геродотом с чужих слов, давно уже хотели узнать некоторые народности Сибири и пограничных областей». Так, например, в иирках (ibid., IV, 21), локализуемых между Иртышом и Обью, «узнавали» угорское племя, известное в русских летописях под именем Югры, в загадочных аргиппеях (по Геродоту «лысых от рождения» — ibid., IV, 23) «готовы были признать передовую орду тюркских племен, в эпоху Геродота кочевавших за Алтаем… Дегинь видел в аргимпеях (как их иногда также называют — В. К.) китайцев, а Геерен калмыков, тогдашних соседей Китая, от которых они отделены были племенем исседонов; китайцев видели даже в совершенно баснословных гипербореях» [5, с. XXII]. Небезынтересно также отметить, что некоторые европейские авторы перенесли на сибирские народности и весьма популярную в античности тенденцию идеализации северных варваров. Например, Яков Рейтенфельс в своих «Сказаниях светлейшему герцогу Тосканскому Козьме III о Московии» (1680 г.) упоминает мифических «абиев», которых Гомер называет «справедливейшими из людей», утверждая, что они живут у реки Оби ([11, 247; 5, с. XXIV]. Подробней о так называемых «абиях» и феномене идеализации варваров в античной традиции см.: [10, с., 83–96]). Кроме абиев он, между прочим, упоминает и геродотовых аргиппеев (у Рейтенфльса — «агриппеев»), и исседонов, и меланхленов и прочих. А Адам Олеарий в сочинении «Описание путешествия в Московию и через Московию в Персию и обратно» (1647 г.) даже возводит происхождение имени «абиев» к реке Оби [12, с. 167; 5, с. 299].

Этот экскурс в античность мы предприняли в связи с тем, что и в Средние века и даже в Новое время все эти народы, как ни странно, продолжали существовать на картах и в описаниях географов. Потому что средневековая география и этнография, и в значительной степени даже этнография раннего Нового времени, были анахроничными, то есть средневековые авторы предпочитали ассоциировать новые народы с древними, безусловно полагаясь на авторитет античности [10, с 157]. Название «Сибирь», о происхождении которого, как известно, существуют различные версии (но их рассмотрение не входит в задачу настоящей статьи), судя по всему, впервые встречается на так называемой Каталонской карте 1375 года [5, с. XXXIX].

Первый более или менее информативный рассказ о Сибири содержится в сочинении «Лекции по Вергилию» Юлия Помпония Лэта (или Сабина), итальянского гуманиста и эрудита, ученика Лоренцо Валлы. Вот фрагменты его немногословного пассажа о Сибири: «Вблизи берегов Ледовитого океана живут лесные люди, называемые югры; это несомненно скифы, очень отдаленные от остальных людей… От Борисфена [Днепра] Скифия тянется до Рифейских гор, которые замыкают ее с востока и простираются на север вплоть до Ледовитого океана… В отдаленнейших пределах их живут югры; в горах водится род лесных волков, а в лесах ловят соболей и драгоценных белок… Немного ниже, на восточном склоне [Рифейских гор], на расстоянии двухмесячного пути, живут пермяки (Parmii) и заволочане (Zauolozeoces). За Рифейскими горами начинается Индия» [5, с. 69]. Подобные сведения, более или менее изобилующие анахронизмами, встречаются и у авторов начала XVI века (Матвея Меховского, Франческо да Колло и Павла Иовия) (см.: [5]). Познания всех этих авторов ограничиваются только Пермью, Башкирией, Черемисией и Югрой. Не все данные топонимы даже, строго говоря, являются сибирскими. Вообще, под Сибирью до середины в XVII века подразумевали земли в основном в среднем течении Иртыша, то есть территорию, примерно соответствующую владениям Сибирского ханства (нынешние Свердловская, Курганская, Челябинская, Тюменская и Омская области России).


Рис. 1. Югория и Сибирь. Деталь карты неизвестного,
по Меркатору и Герберштейну, 2-я половина XVI в.) [5, с. 135].

Очевидно первым человеком, сообщившим европейцам новые и более полные данные о Сибири, был барон Сигизмунд фон Герберштейн, имперский посол к московскому великому князю Василию III (в 1516/17 и 1626/27 гг.). Герберштейн написал первое основательное сочинение о России, которое стало бестселлером в Европе еще при его жизни. Он описал самые разные стороны жизни Московского государства, в том числе попытался реконструировать его историю по русским летописям. Автор вырос в словенской среде в Штирии и знал словенский (виндский) язык. Поэтому и русский ему было, видимо, несложно освоить [13, с. 28]. О Сибири Герберштейн впервые сообщает принципиально новые сведения, в том числе упоминает два сибирских города: «Если подниматься от Обской крепости по реке Оби до устьев реки Иртыша, в который впадает Сосва, то это составит три месяца пути. В этих местах находятся две крепости: Ером и Тюмень, которыми управляют властелины, князья Югорские, платящие (как говорят) дань великому князю московскому… По берегам Оби и по соседним рекам расположено повсюду много крепостей, правители которых, как говорят, все подчинены государю московскому» [14, с. 157–160]. Упомянутая Тюмень — это не современная Тюмень, а одноименный татарский город на реке Туре, притоке Тобола, (в русских источниках Чингыд-град или Чингидин) [15, с., 435, прим. 651]. Герберштейн впервые упоминает некую «Золотую бабу» или «Золотую старуху» — идол, находящийся при устье Оби, в области Обдоре, на более дальнем берегу. Эта «золотая баба» якобы «держит в утробе сына, и будто там уже опять виден ребенок, про которого говорят, что он ее внук» [14, с. 160; 18, с. 106]. Рассказ о «золотой бабе» повторяют потом и многие последующие авторы, например Андре Теве и Алессандро Гваньини, Джайлс Флетчер).


Рис. 2. «Золотая баба» (из латинского и немецкого изданий книги Герберштейна
(соответственно, 1551 и 1557 гг.) [5, с. 118].


Рис. 3. «Золотая баба» из «Космографии» А. Тевэ, 1575 г. [5, с. 141].

То же самое касается загадочного и явно еще более легендарного Лукоморья (легенду о нем повторяют эти авторы вслед за Герберштейном). Герберштейн пишет, что Лукоморье (Lukomorya), лежит «на горах за рекою Обью. С людьми же Лукоморья как говорят, случается нечто удивительное, невероятное и весьма похожее на басню; именно говорят, будто каждый год, и притом в определенный день 27 ноября, посвященный у русских святому Георгию, они умирают, а на следующую весну, чаще всего к 24 апреля, наподобие лягушек, оживают снова» [14, с. 160; 5, с. 105–106]. Писатель упоминает также некие Лукоморские горы, которые один исследователь (А. Х. Лерберг) отождествлял с «малым Алтаем» [16, S. 45, Anm. 4; 5, с. 111].

Второй после Герберштейна важной вехой в знакомстве европейцев с Сибирью, пожалуй, стало письмо одного голландского купца Иоганна Балака знаменитому географу Герарду Меркатору. Судя по письму, Балак был другом Меркатора, и они вместе с ним читали Гомера, Страбона и Аристотеля. В письме Балак передает рассказ одного голландца, Оливера (по-русски Алферия), прожившего несколько лет в плену в России и ездившего на реку Обь. В этом рассказе содержатся уже более реалистичные сведения о Сибири, основанные на свидетельствах очевидца, в том числе о племени самоедов [5, с. 182–185].

Мысль о близости Сибири к Америке и перспективах морского сообщения между ними, пожалуй, впервые излагает известный немецкий авантюрист, служивший в опричнине Ивана Грозного, Генрих Штаден, в своей книге «Страна и правление московитов»: «Таким образом, вслед за страной московитов, которая не простирается далее Мезени, живут на протяжении тысячи миль пути язычники и дикие народы, а из Оби-реки можно проплыть в Америку, причем два рейса из Колы или Оби в Америку равняются одному тому, который можно сделать туда из Испании» [17, с. 479].

Наконец, о начале покорения русскими Сибири, которое происходит уже во второй половине или даже скорее ближе к концу XVI столетия, сообщают английские авторы этого времени (ведь известно, что англичане именно тогда открыли для себя Россию — начиная с путешествия Ричарда Ченслера в 1553 г. [18, с. 1–29; 19, 47–66]). В частности, английский посол в России и автор книги «О Русском государстве» Джайлс Флетчер рассказывает, что «в Сибири (где царь продолжает свои завоевания), построено несколько крепостей и поставлены гарнизоны, в числе около шести тысяч солдат, из русских и поляков, которые царь усиливает, отправляя туда новые партии для населения по мере распространения владений» [20, с. 73]. Но наиболее подробно об истории покорения Сибири рассказывает голландец Исаак Масса в двух статьях, специально посвященных Сибири, которые вошли в вышедший в 1612 г. в Амстердаме сборник географа Гесселя Герритса [21, с. 4–5]. Тот же самый рассказ приводится в сочинении «История войн в Московии» (1601), впервые опубликованном спустя два с половиной века после смерти Массы (в 1866 г.) [5, с. 256–274].


Рис. 4. Сибирский шаман (из книги Н. Витсена ([22]; [5, с. 426–428]) [5, с. 428]

В XVII веке Сибирь была уже хорошо известна в Европе. Были известны уже многие сибирские города (Тобольск, Верхотурье, Пелымь, Тина, Березов, Манган, Шуйск, Тара, Нерчинск на реке Оби, Новинск и Томск) и тот факт, что уже тогда Сибирь стала служить основным местом ссылки преступников со всей России [11, с. 386]. О Сибири упоминают многие известные европейские писатели, например Джон Мильтон [23, с. 11–16] и Даниэль Дефо. Ведь одно из своих новых путешествий после возвращения с необитаемого острова его знаменитый герой Робинзон Крузо совершил именно в Сибирь, и, конечно, сибирская жизнь и природа описываются великим мастером слога во всей красе, хотя и не без художественных преувеличений. Робинзон побывал, в частности, в Тобольске, Тюмени, Соликамске и Енисейске [24]. Правда, это путешествие приходится уже на начало XVIII века (1703 г.), то есть несколько выходит за рамки нашей статьи.


Рис. 5. Езда в Сибири (из книги Н. Витсена) [5, с. 259].

Завершить эту краткую историю формирования представлений о Сибири в европейской литературной традиции мы бы хотели стихотворением английского поэта XVI века Уильяма Уорнера, поскольку в стихах литературные представления обычно передаются в наиболее сконцентрированной форме и наиболее отчетливо. Это фрагмент поэмы У. Уорнера «Англия Альбиона», 1586 года, в которой кратко пересказана вся история Англии, с древнейших времен до королевы Елизаветы I:

Нет, не легко проплыть на Обь, и путь туда далек.
Но смелый Бёрро там бывал, трудами пренебрег.
Через холодные моря в Лапландию проплыл,
Весьма опасный путь на Обь для Англии открыл.
Что видел он среди вайгат и самоедов там?
Их чумы, идолов и как рыбак по берегам
Таскает лодку на спине, рыбача целый день.
Как возит на себе людей послушный им олень.
Как мертвецов они едят, едят своих детей,
Как привлекают всех они богатством соболей;
Про их мороз и снег я рассказать вам рад.
Сколь много Бёрро повидал чудес в стране вайгат!
Как подвиг Ченслора, велик его упорный труд.
Как Пэти Джекмен он страдал в снегах суровых тут.
(Перев. Б. Миротворцева) [5, с. 169].

Если попытаться сравнить образ Сибири с образом России в западноевропейских сочинениях того же времени, можно заключить, что это два совершенно разных образа. Хотя какие-то общие черты, разумеется, можно найти — холодный климат, влияние античной традиции. Но представления о России («Московии», как ее чаще тогда называли европейские авторы) гораздо в большей степени основаны на реальных данных, так как с ней у западноевропейцев уже давно были прямые контакты. Также в описаниях России присутствуют разные культурные и политико-идеологические мотивы — подчеркивание деспотизма власти, раболепия народа и т.п. В описаниях Сибири такие мотивы отсутствуют.

Подводя итог, следует отметить, что в течение XV–XVII вв. в представлениях европейцев о Сибири легенды преобладали над реальными знаниями. Это связано с большим влиянием античного географически-этнографического наследия на литературную традицию раннего Нового времени и малым количеством информации о столь отдаленных и слабоизученных в то время даже активно осваивавшими их русскими краях. Ситуация с балансом легенды и действительности переломится в обратную сторону только в XVIII столетии, когда будут предприняты первые путешествия европейских исследователей в Сибирь и будут составлены ее научные описания. Мы имеем в виду прежде всего данные экспедиций Д.Г. Мессершмидта, И.Г. Гмелина, П.С. Палласа, И.В. Георги, Э. Лаксмана, И. Зиверса, В. Беринга, Г.Ф. Миллера и др. (см.: [24]).

Библиографический список

1. Козулин В.Н. Образ России и русских в сочинении Маржерета // Известия АлтГУ. Серия «Исторические науки и археология». 2017. № 5.
2. Подоляк Ж.И., Гурченко Ю.А. Англоязычные описания Вологодского края в XVI―XVII в.׃ становление русско-культурных ксенонимов в английском языке // Universum: Филология и искусствоведение: электрон. научн. журн. 2014. № 12 (14).
3. Сибирь в известиях западноевропейских путешественников и писателей. XIII–XVII вв. Т. I. Ч. I ⁄ Предисл., ред. и коммент. М.П. Алексеева. Иркутск, 1932.
4. Сибирь в известиях западноевропейских путешественников и писателей. XIII–XVII вв. Т. I. Ч. II (вторая половина XVII века) ⁄ Предисл., ред. и коммент. М.П. Алексеева. Иркутск, 1936.
5. Сибирь в известиях западноевропейских путешественников и писателей. XIII–XVII вв. Введение, тексты и комментарий ⁄ Предисл., ред. и коммент. М.П. Алексеева. 2-е изд. Иркутск, 1941.
6. Зиннер Э.П. Сибирь в известиях западноевропейских путешественников и ученых XVIII века. Иркутск, 1968.
7. Марченко В.П. Ватикан ― Московия — Сибирь: XVI—XVII века. М., 2018.
8. Кызласов Л.Р. Письменные известия о древних городах Сибири. Спецкурс. М., 1992.
9. Dieterich K. Byzantinische Quellen zur Länder und Völkerkunde (5.–15. Jh). Leipzig, 1912.
10. Козулин В.Н. Образ скифов в античной литературной традиции. Барнаул, 2015.
11. Утверждение династии. А. Роде, А. Мейерберг, С. Коллинс, Я. Рейтенфельс. М., 1997.
12. Олеарий А. Описание путешествия в Московию и через Московию в Персию и обратно. СПб., 1906.
13. Хорошкевич А.Л. Сигизмунд Герберштейн и его «Записки о Московии» // Герберштейн С. Записки о Московии. М., 1988.
14. Герберштейн С. Записки о Московии / Пер. с нем. А. И. Малеина и А. В. Назаренко. М., 1988.
15. Герберштейн С. Записки о Московии. В двух томах. Т. II. Статьи, комментарий, приложения, указатели, карты. М, 2008.
16. Lehrberg A.Ch. Untersuchungen zur Erläuterung der älteren Geschichte Rußlands. SPb., 1816.
17. Штаден Г. Записки о Московии. Т. I. Публикация. М., 2008.
18. Середонин С.М. Известия англичан о России XVI в. (Ченслер, Дженкинсон, Рандольф, Баус). М., 1884.
19. Английские путешественники в Московском государстве в XVI веке ⁄ Пер. с англ. Ю. В. Готье. М., 1937.
20. Флетчер Дж. О государстве Русском, или образ правления русского царя. Изд. 3-е. СПб., 1906.
21. Масса И. Краткое известие о Московии в начале XVII века. М., 1937.
22. Витсен Н. Путешествие в Московию. СПб., 1996.
23. Московия Джона Мильтона, с статьею и примечаниями Ю. В. Толстого. М., 1875.
24. Дефо Д. Дальнейшие приключения Робинзона Крузо. Робинзон Крузо в Сибири // Дефо Д. Избранное. М., 1971. С. 280–302.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *