АЛТАЙСКАЯ ШКОЛА ПОЛИТИЧЕСКИХ ИССЛЕДОВАНИЙ
Интернет-конференция
Хроника Аналитика Конференции Дневники
ALTAI SCHOOL OF POLITICAL STUDIES
Основана в 1996 г.

Табаринцева-Романова К.М. Эволюционные изменения концептов: «мягкая сила», культурная политика и внешнеполитический имидж

Сведения об авторе. Табаринцева-Романова Ксения Михайловна, к. фил. н, доцент, доцент кафедры теории и истории международных отношений, Уральского федерального университета, член РАПН, г. Екатеринбург. Научные интересы: современная Италия, Средиземноморский регион, культурная политика, культурные права, культурная дипломатия.

Аннотация. В статье предпринята попытка рассмотреть происходящие эволюционные изменения в концептах: «мягкая сила», публичная дипломатия, культурная дипломатия. В современной геополитической ситуации культурная дипломатия отделяется от публичной и становится самостоятельным инструментом «мягкой силы». При этом стратегия формирования внешнеполитического образа, как отдельного государства, так и международной организации приобретает схожие черты.

Эволюционные изменения концептов: «мягкая сила», культурная политика и внешнеполитический имидж

Для Европы, как колыбели западной цивилизации, культура приобретает экзистенциальный смысл в качестве ответа на вызовы последнего десятилетия и как основа для преодоления кризиса идентичности. Учитывая складывающиеся тенденции, можно предположить, что роль и значение международных культурных отношений на мировой арене в дальнейшем будут только укрепляться и развиваться, таким образом, исследование этого феномена позволит точнее прогнозировать и анализировать векторы и подходы в современной европейской дипломатии. Явным доказательным примером может послужить представленная Европейской комиссией в июне 2016 г. «Новая стратегия развития международных культурных отношений». Ее основными целями стали: укрепление культурного сотрудничества и взаимодействия между ЕС и странами — партнерами; мировой порядок, основывающийся на мире, на уважении прав человека, на свободе выражения, на взаимном понимании и уважении фундаментальных ценностей. Ф. Могерини отметила, что «культура должна стать неотъемлемой частью внешней политики ЕС, …культурная дипломатия должна всегда быть в центре наших отношений с сегодняшним миром» [1].
В связи с такими изменениями, на наш взгляд, требуется теоретико-методологический пересмотр связки концептов: «мягкая сила» — публичная дипломатия — культурная дипломатия. Традиционно при широком толковании «мягкая сила» воспринимается как все внешнеполитические действия государства, направленные на формирование и укрепление положительного имиджа страны, естественно, без применения какой-либо силы. Инструментом реализации «мягкой силы» является публичная дипломатия, под которой понималось до последнего времени классическое определение Эд. Гуллиона и Э.Р. Мэрроу, которое «включает в себя измерения международных отношений, выходящие за рамки традиционной дипломатии: культивирование правительствами общественного мнения в других странах, взаимодействие частных групп и интересов одной страны с другой, освещение международных отношений и их влияния на политику государства, взаимодействие между теми, чья работа заключается в коммуникации (дипломаты и зарубежные корреспонденты) и процесс межкультурных коммуникаций… Центральным моментом для публичной дипломатии является транснациональный поток информации и идей» [2]. Соответственно, культурная дипломатия являлась отраслью публичной дипломатии и определялась как система мер, реализуемых правительственными и неправительственными акторами, которые осуществляют свои внешнеполитические задачи через определенные культурные механизмы: организация фестивалей, культурных недель, выставок и т.д.
Однако последнее десятилетие характеризуется достаточно резким изменением научного дискурса: появляется все больше работ, посвященных «новой публичной дипломатии», все чаще поднимается вопрос — возможно ли четко разграничить «мягкую» и «жесткую» силу (феномен информационных и гибридных войн)? Прежде всего, это связано с усложнением и определенной мутацией форм, средств, способов реализации политического влияния. Как отмечает А.И. Подберезкин, «граница между «войной» и «миром», военной силой и дипломатией окончательно исчезла» [3].
Термин «публичная дипломатия 2.0» впервые употребил заместитель госсекретаря США Дж. Глассман в 2008 г., обозначив таким образом новый подход в рамках публичной дипломатии, предусматривающий использование социальных сетей, блогов, игровых мобильных приложений в реализации внешнеполитических задач США (прежде всего в борьбе с терроризмом) [4]. То есть происходит активное вовлечение новых технологий в систему внешней политики государства, размывая традиционное понятие актора международных отношений, методы и инструменты ведения внешней политики, а также предметную область реализации последней, ставя под вопрос, что входит в компетенции внегосударственной деятельности, а что относится к «внутренней» жизни государства. Таким образом, «социальная жизнь» экстраполируется на глобальный уровень, что приводит к тому, что у государства фактически не остается «ничего личного» — все превращается в инструмент манипуляции при формировании как положительного, так и отрицательного образа страны. Утрата главенствующей роли официальной классической дипломатии приводит к переосмыслению новых видов дипломатии. Вполне целесообразным, на наш взгляд, является отделение культурной дипломатии от публичной и рассмотрение ее как самостоятельного и независимого инструмента «мягкой» силы. Культурная дипломатия не сводится только к кино, концертам и выставкам, под ее компетенцию попадают креативная индустрия, мода, дизайн, реставрационные работы, привлечение туристического потока с целью культурного туризма, консолидация локальных идентичностей для продвижения межкультурного диалога. Например, археологические раскопки — это не только свидетельство прошлого, но и огромный ресурс для сообщества, которое живет вокруг них. Культурная дипломатия может быть описана как совокупность действий, которые основываются на обмене идей, ценностей, обычаев и других аспектов культуры или идентичностей местного сообщества. В более широком смысле целью этих действий является укрепление на международном уровне межнациональных отношений, направленных на: «создание социально-культурного сотрудничества; на укрепление на мировом уровне глобального лидерства наций, продвигающих косвенно национальные интересы» [5]. Основными принципами культурной дипломатии становятся: уважение и признание культурного разнообразия и культурного наследия; всеобщий межкультурный диалог; справедливость, равенство и социально-культурная взаимозависимость; международная защита прав человека; поиск всеобщего мира и стабильности.
Роль культурной дипломатии заключается в развитии межкультурного диалога на международном уровне. При этом концепт культуры также подвергается изменению: он становится более коммерческим, политизированным и, в некоторых случаях, милитаризированным. Основными акторами культурной дипломатии являются государства, НКО, институты культуры, международные организации и отдельные персоналии. Основной функцией культурной дипломатии, минуя агрессивную пропаганду публичной дипломатии, «мягко» формировать положительный образ государства и/или организации на международной арене. Стоит отметить, что на современном этапе развития международных отношений стратегия формирования имиджа страны и международной организации совпадают (более подробно см. [6]). Основными тенденциями в формировании имиджа становятся: размывание национальных границ (акцент на более мелкие сегменты: города, коммуны, регионы); усиление ценности идентичности (локальной, национальной, глобальной); увеличение роли культуры в международных отношениях.
Так, при формировании имиджа Европейского союза на современном этапе стоит обратить внимание на следующие особенности:
1) стремление пересмотреть политику коммуникации и СМИ в рамках освещения самого ЕС — так на конференции «Будущее Европы» и на форуме «Гражданский диалог», прошедших в Риме 23–24 марта 2017 г. подчеркивалась необходимость в изменении подхода освещения новостей про ЕС: было предложено активно акцентировать внимание на достижениях ЕС, а не на кризисных моментах. Так, например, при упоминании о том или ином экономическом событии следовало бы упоминать о том, что это стало возможно только благодаря экономической интеграции и политике ЕС (отсутствие границ, единая валюта, система преференций и т.д.);
2) усиление единой европейской политико-культурной идентичности, формирование которой является необходимым базисом для дальнейшей интеграции европейских норм и институтов. По мнению европейцев, это позволило бы преодолеть растущее недоверие к евро и ЕС. Повышение ценности европейской идентичности влечет за собой инвестиции в культуру, образование, социальные службы, сохранение исторического и культурного наследия, европейских традиций;
3) активное вовлечение граждан ЕС в европейскую политику через участие в различных проектах;
4) политика ЕС должна сосредоточиться на «Европе территорий и городов», поскольку именно города и регионы исторически являлись колыбелью европейской культуры и богатства (достаточно вспомнить греческие полисы или идею Италию как страны тысячи коммун).
Таким образом, культурную дипломатию следует рассматривать не как отрасль публичной дипломатии, но как равнозначный элемент осуществления «мягкой силы», как правило, менее агрессивный и «быстрый», но обладающий широким спектром рычагов воздействия, не вызывающих отторжения у объектов, на которых направлены действия. Культурная дипломатия становится именно «мягкой» частью «мягкой силы», обладающей огромным неиспользованным и невостребованным ранее потенциалом. Стоит подчеркнуть, что культурная дипломатия становится одной из имиджеобразующих систем и отдельных территорий, государств и таких сложных структур, как Европейский союз, и в этом плане также выполняет одну из базовых функций «мягкой силы» как таковой.

Литература

1. Una nuova strategia volta a porre la cultura al centro delle relazioni internazionali dell’UE // European Commission. Press Releases Database. Press Release Details. URL: http://europa.eu/rapid/press-release_IP-16-2074_it.htm
2. Шамугия И.Ш. Понятие «публичная дипломатия» в теории международных отношений // IX Международная студенческая электронная научная конференция «Студенческий научный форум»-2017. URL: http://www.scienceforum.ru/2017/2706/32077
3. Подберезкин А.И. Основные понятия политики «новой публичной дипломатии» // Центр военно-политических исследований. URL: http://eurasian-defence.ru/?q=analitika/osnovnye-ponyatiya-politiki-novoy
4. Glassman J.K. Public Diplomacy 2.0: A NewApproach to Global Engagement // US Department of State. Archive. URL: https://2001-2009.state.gov/r/us/2008/112605.htm
5. Cultural DIPLOMACY & Soft Power // Rebel Alliance Empowering. URL: http://www.rebelalliance.eu/cultural-diplomacy.html
6. Табаринцева-Романова К.М. Итальянская Республика: преемственность или разрыв в формировании политического образа страны // Италия: от Второй Республики к Третьей? = Italy: from the Second Republic to the Third? Доклады Института Европы = Reports of the Institute of Europe / под ред. Е.А. Масловой. М., 2015.

Версия для печати Версия для печати Отправить по почте Отправить по почте

Комментариев нет

Комментариев пока нет.

Оставить комментарий

XHTML: Вы можете использовать эти теги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>

Spam Protection by WP-SpamFree

Подписаться, не комментируя

 


Страница 1 из 11

© При использовании материалов АШПИ ссылки на эти страницы обязательны.